Обратной дороги нет

Да, Елена Александровна, при полной поддержке командиров, потребовала от каждого из магаданцев изложить свои знания и опыт на бумаге. Пусть бессистемно, пусть не корректно, но пока все относительно молодые и голова работает, надо вспоминать. Еженедельно губернатор навещала своих друзей, вымогая не меньше пяти листов рукописного текста мемуаров, независимо от нагрузки и самочувствия.

Все магаданцы давно подготовили детей к вхождению в политику, но именно в этот новогодний праздник подростки впервые официально услышали то, что родители обсуждали дома.

Услышали, как руководство к действию, как цель, поставленную перед всеми магаданцами, на многие поколения вперёд. Впервые юноши и девушки почувствовали себя равными своим родителям, вслушиваясь в их разговоры и примеряя на себя взятые отцами обязательства. Парни невольно расправляли плечи, девушки примеряли себя на роль губернатора. Молодёжь мечтала о подвигах, старики, да, именно старики, ведь многим из экс-туристов перевалило за сорок, размышляли о будущем. О том, что станет с их начинаниями через двадцать или тридцать лет, о том, какой будет Россия в этом мире. Прошло пять веков, пусть и в обратную сторону, но русские люди останутся такими навсегда. Быть может, не так и ошибся Чернышевский, на многие века вперёд озвучив извечные русские вопросы: «Кто виноват?» и «Что делать?»

Рано утром 1 января 1579 года Петро проснулся в предрассветных сумерках, лежал рядом с Ларисой, не решаясь её разбудить. На улице начиналось раннее средневековое утро, хозяйки задавали корма домашнему скоту, торговцы и рыбаки спешили по рабочим местам.

Город просыпался, но не так, как в двадцать первом веке, к десяти часам утра, а так, как положено рабочему люду, задолго до рассвета. День не был выходным, да и по воскресеньям коровы тоже хотят есть. Так что и в выходной день большинство горожан просыпалось до рассвета. Головлёв любил такие предрассветные минуты, дававшие ощущение бесконечно длинного дня, уверенность, что удастся сделать всё задуманное и ещё останется время для семьи.

На прикроватной тумбочке запикал сотовый телефон, исправно работавший девятый год в шестнадцатом веке будильником. Последние годы нудную процедуру зарядки через динамо-фонарик удалось свалить на слуг, и телефон перестал нервировать, превратившись в удобные точные часы. Мужчина протянул руку, выключая сигнал, и сел на кровати, пора вставать. Оделся, не зажигая светильник, и направился через туалет в ванную комнату.