Обратной дороги нет

Правил в Турции султан Мурад Третий, внук знаменитого Сулеймана Великолепного, того самого, о котором в России двадцать первого века по телевидению шёл бесконечный сериал.

Утром следующего дня, когда флотилия медленно вошла в знаменитую бухту Золотой Рог, не ожидая таможенных формальностей, с которыми разберётся адмирал Хессель, Петро собирался на берег константинопольского порта. С флагмана спускали на воду шлюпку, с мотором, конечно, но вполне обычного вида, с тремя парами гребцов. Едва лодка оказалась на поверхности моря, в неё по талям скользнули матросы-гребцы.

За ними, уже по штормтрапу, спустился Петро с отделением сопровождения. Все солдаты были в парадной форме, с ружьями и револьверами, на всякий случай. Сам Пётр тоже приоделся, но не в парадную форму, предпочёл демонстративную гражданскую пару, темный пиджак и брюки. С галстуком голубого цвета и белой хлопковой рубашкой. Производство привычной одежды магаданцы наладили ещё в Форт-Россе, не собираясь подстраиваться под нелепую моду европейских аборигенов.

Гребцы дружно вскинули вёсла, направляясь к берегу. Не прошло и получаса, как магаданская шлюпка выскочила на прибрежный песок бухты Константинополя. Петро с торжественным конвоем сошел на берег, неплохо осведомлённый о географии турецкой столицы. Потому не стал ждать прибытия чиновников, быстрым шагом направился к дворцу Сулеймана Первого Великолепного. Не прошло и получаса блуждания по узким улочкам, как магаданцы упёрлись в первый барьер, охрану у входа во дворец.

Русского, немецкого и английского языка янычары, конечно же, не понимали, но интернациональный язык в золотом измерении подействовал быстро. Один из охранников, получив пять золотых червонцев, почти бегом отправился в глубины помещений, откуда вернулся с толстяком, явным евнухом.

Тот оказался толковей, немецкий язык Петра понял, получив в качестве допинга десяток червонцев. Провёл всю команду в пустую комнату для ожидания, отправившись за следующим начальством.

Ждать пришлось долго, больше часа, пока вернулся евнух, приглашая следовать за собой. Не всех, одного Петра, идти пришлось запутанными переходами добрых десять минут. Наконец магаданец оказался перед лицом чиновника относительно высокого ранга, судя по большому кабинету и богатым одеждам. Евнух бойко перевёл ему речь Петра, что магаданцы прибыли для установления дипломатических отношений с Блистательной Портой.