Обратной дороги нет

Тут удача вновь не изменила Петру, когда он разбил штурмовой отряд на отделения, пушки развернул для встречи возможной помощи султанского войска, что сообразит прорваться к дворцу. Отделения подполковник разослал в разные крылья дворца, заниматься самым приятным для солдата делом – грабежом. Сам же, с радистом и одним из отделений, позаимствовал в обозе пушкарей ящик гранат и направился уверенным шагом по известному маршруту. По тому самому, которым проходил почти месяц назад, в сопровождении толстяка-полиглота.

Надо же, именно его и обнаружил Петро в первой же проверенной комнатушке. Улыбнувшись евнуху, как старому знакомому, подполковник ласково спросил:

– Жить хочешь? – Глядя на активно кивающего турка, продолжил всё так же ласково и с улыбкой: – Где султан и визирь?

– Великолепный султан отдыхает в загородном дворце. Великий визирь, да продлит Аллах его дни, должен быть у себя, – заикаясь, выдавил из себя евнух.

– Веди меня к нему, – оскалив все свои двадцать восемь зубов, попросил подполковник.

 – Быстро и тихо, не поднимая шума. Будешь молчать, оставлю живым и помогу покинуть Турцию.

Обещание произвело необходимое действие, евнух засеменил вперёд, перебирая толстенькими короткими ножками не хуже Маленького Мука, – сказка такая есть, кто не в курсе. За предателем старались не топать ногами солдаты во главе с подполковником, что шёл первым, не доверяя евнуху. Судя по менявшемуся в лучшую сторону интерьеру, толстяк вёл в правильном направлении. Однако в последний момент попытался скрыться, юркнув за панель в коридоре.

Петро едва успел схватить евнуха за руку, оставшуюся в коридоре, а не за панелью. Схватил крепко, не сомневаясь, что вытащит беглеца обратно, однако случился конфуз. Панель, за которую так быстро спрятался евнух, продолжала закрываться, зажимая торчащую из тайника руку турка. Евнух завыл, вырываясь из мёртвой хватки подполковника, закричал во весь голос, даже попытался вернуться обратно в коридор. Но было поздно, каменная панель продолжала вращаться, прижав руку турка к стене, затем срезала кисть не хуже гильотины. Кровь не успела брызнуть, как панель встала на своё место, наглухо закрыв тайник, даже отчаянный крик калеки превратился в писк, на уровне комариного.

– Да, была же у ромеев техника, – с уважением провёл рукой по панели Петро. – Таких бы нам архитекторов. Ну, чего встали, вперёд, чую, уже рядом.

Действительно, широкий коридор перестал давать ответвления, вёл всё прямо и прямо.