Обратной дороги нет

Большую часть добычи составляли зерно, рыба, мясо, живая скотина. Армия Валентина оставляла после себя обезлюдевшую местность, пройдя таким маршем почти триста километров до острова Рюгена. Собрав очередных пленников со всего побережья, Валентин с удивлением заметил, что крестьяне эти помнят своё славянское происхождение. Старики вспоминали Рюген, где были славянские святыни, вспоминали, что их деды называли себя бодричами, лютичами, лужичанами, говорили по-славянски. Да, что там говорить, практически все крестьяне побережья говорили по-славянски, ближе к русскому языку, нежели к польскому.

Немного подумав, Валентин решил захватить остров Рюген, вернуть его, так сказать, в славянскую собственность. Отправив туда один батальон пехоты с артиллерией, он распорядился всех крестьян с побережья тоже перевозить на Рюген. Таких вместе с семьями набралось немного, тысяч пять человек, страшно бедных, с одной лошадью на сто дворов. Он связался с Еленой, рассказал о своём желании заселить остров славянами.

Она одобрила такой план, обещала помочь инструментом и выслать толковых управляющих на остров. Не ожидая результатов, Валентин развернул свою армию на юг, в сторону Берлина, оставив батальон для охраны переселенцев. К будущей столице Пруссии магаданская армия подошла с огромным обозом и десятью тысячами пленных крестьян с семьями, захваченных по пути от побережья. Говорить о каком-либо штурме небольшого городка не приходилось, практичные немцы сами вынесли ключи от ворот крепости.

От Берлина, лишившегося всех торговых складов и ремесленников, Валентин повернул на восток, домой. Шёл не спеша, подметая окрестности лучше сборщика налогов, собирая огромный обоз из крестьян с семьями. Многие из которых помнили своё славянское происхождение и говорили по-славянски. Так, только к концу августа и вернулся военврач в Королевец, с огромным обозом и крестьянами для расселения по стране.

Позже Елена Александровна посчитала, что на острове Рюгене магаданцы расселили пять тысяч человек, к тем восьми тысячам, что уже там жили. Все немецкие дворяне и землевладельцы после высадки на острове магаданского батальона сразу лишились своих земельных владений. Желающим уехать были даны пять дней на сборы, остальным разрешили жить в старых замках и поместьях, оставив наделы в радиусе километра от жилья.