Обратной дороги нет

 – Мне всегда говорили, что главная опасность для будущего – это англосаксонский протестантизм. При чём тут французы?

– До англосаксов гегемоном в Европе два века была Франция. Именно во Франции произошла первая революция, где отработали массовый террор, позднее применённый в России, нашей старой Родине. Именно у французов учились англичане своему презрению к другим народам, добавив туда своё равнодушие к непротестантам, то есть к не-людям, к животным, – привычно разъяснил Павел Аркадьевич. – Триста лет французский язык считался международным, потом им стал английский.

Связав Францию войной на Пиренеях, мы можем вывести на международный уровень другой язык, русский, к примеру. Нынешняя Франция ещё не создала единого французского языка, там масса других языков – беарнский, наваррский, нормандский, гасконский и прочие. В самом Париже дворяне чаще общаются на латыни.

– Тут надо хорошо всё продумать и просчитать, – улыбнулся лучший магаданский интриган и дипломат Николай Кожин. – Всё равно поездку в Испанию можно считать полезной.

По результатам общения с Павлом Аркадьевичем, вчера прибыли три испанских торговых корабля в наш порт. Завяжем торговлю, заведём знакомства, будем работать с испанцами.

Осень в Королевце выдалась тёплая, с моросящими дождями и легким ветерком, в воздухе витали запахи грибов и прелой листвы, а не привычные морские ароматы йода и водорослей. Гулять по строгим прямым тротуарам нового города понравилось Петру и Ларисе, наслаждавшимся общением после долгой разлуки. Пожалуй, впервые они просто гуляли под руку, глядя на горничных и няней, ведущих за руки детей.

Гуляли, никуда не спеша, разговаривали между собой и просто молчали, вдыхая морской воздух. Любовались на море, на играющих тюленей, чудом сохранившихся в городской бухте. Три года назад наместник запретил любую добычу тюленей в Западном Магадане, под угрозой высылки всей семьи в Мурманск. Пока восемь семей любителей охоты не отправились на север, оставив односельчанам свои дома и хозяйство, никто не верил в подобный запрет.

Зато теперь тюлени перестали бояться людей, играют днём и детёнышей выводят на огороженные под эти цели отмели. Горожане быстро привыкли к виду тюленей, как и многочисленным посадкам дуба, клёна, липы, других благородных деревьев в окрестностях города. Старый город изменился здорово, однако на фоне нового, пусть не достроенного Королевца, терялся полностью. Новый город казался сказкой для самих горожан, а приезжие купцы и моряки не верили своим глазам.