Обратной дороги нет

Берега Чусовой, затянутые снегом, абсолютно белым, какого в двадцать первом веке, пожалуй, на Урале не встретишь, настраивали на лирический лад. Лошадь неторопливо двигалась по неглубокому снегу, иногда подскребывая копытами по льду. Нынче, с помощью бывших пленников и наёмных дружинников, магаданцы научились подковывать лошадей. Не обошлось, конечно, без травм, Володя, например, две недели лежал с отбитой ногой, слава богу, обошлось без перелома. Зато теперь магаданские лошадки уверенно вели себя на льду, не боялись упасть, да и груз тащили тяжелее, чем неподкованные кони татар.

Мужчина прилёг в санях, глядя на облака, и стал вспоминать оставленную в остроге подругу, Ларису. К этой зиме в остроге все женщины нашли своё счастье, одинокими остались лишь Николай и Елена.

Николай в силу лёгкого характера и «разъездной работы» подругу не искал, а Елена, занятая воспитанием Машеньки и работой в школе, вполне этим удовлетворилась. И не просто удовлетворилась, в бывшем завуче провинциальной школы открылся талант, настоящий талант администратора, управленца.

Теперь её даже магаданцы звали исключительно по имени-отчеству, Елена Александровна. Аборигены же, что крестьяне, что дружинники, смотрели завучу в рот и слушали её с полуслова. Несмотря ни на что, осенью, получив в своё распоряжение достаточное количество тканей, магаданки нашили себе одежды. Любой, от коротких штаников и юбок до длинных брюк, платьев, рубашек с роскошными декольте. Купальники, слава богу, ещё не кончились, к ним аборигены привыкли, как пришлось привыкать и к женской и мужской одежде двадцать первого века. Магаданцы демонстративно сохраняли образ жизни из своего прошлого, не стараясь подстраиваться под шестнадцатый век.

Последний год, выйдя из кризиса, женщины бравировали памятью прошлого, загорали в купальниках, бегали в шортах и юбках, одевали детей и мужей в лёгкие одежды.

Было пару инцидентов с татарами и, что интересно, с бывшими стрельцами, которые плевались и пытались отругать непотребных женщин, гулявших в коротких юбках и простоволосыми. До более серьёзных действий, к счастью, не дошло. Командиры и офицеры провели грамотную воспитательную работу со всеми аборигенами, разъяснив, что таковы порядки в царстве Магаданском. А им, даже не магаданцам, нечего соваться со своим уставом в чужой монастырь.