Обратный отсчет

— Зачем? Подкорректировали, поставили обратно. Рядом выставили пост наблюдения. В половине третьего ночи подъехала «Мазда», двое вскрыли номерной замок — быстро, кстати, сноровисто — и проникли в подъезд. Чего там делали — неизвестно, но были минут двадцать. Когда выходили, имели при себе спортивную сумку. Как вариант: им надо было то же, что и нам.

— Ясно… Так… Заметили: я не ору, не топаю ногами…

— Да, Петрович, я в нем… Но я бы не сказал, что шок этот совсем уж убийственного свойства. Есть в нем что-то такое… Какие-то элементы этакого радостного остолбенения, что ли…

— Когда мы с вами работали там (многозначительный тычок большим пальцем за спину, примерно в сторону Камергерского), я каждое утро начинал с детального анализа сводок.

Так вот, доложу вам — по восемь «двухсотых» зараз там бывало далеко не каждый день. И даже не каждую неделю! А это зона боевых действий. И когда бывало, это всегда являлось поводом для шумного ажиотажа и крепких разбирательств… Понимаете?

— Понимаю. Восемь трупов — столица… И тишина.

Странно!

— Я бы сказал, более чем странно! Это ведь не восемь бомжей в теплотрассе… Это люди могучей промышленной империи, этакого монстра-монополиста… Гхм… И это ведь не пустырь! Там вечером десятки людей ставят свои машины, чтобы забрать их утром… В общем, какой вывод?

— Они не хотят это афишировать.

— Какой вы деликатный, Петрович! «Не хотят афишировать»… Да уж, так не хотят, что готовы скрывать, что у них погибли восемь человек. Целое отделение! Песочком посыпали… Поэтому я и сказал: обнадеживающее начало.

Мы всего лишь попробовали поговорить с каким-то сомнительным свидетелем, другом погибшего год назад водилы, — и нате вам!

— Значит, работаем в перспективном направлении.

— Да уж, в перспективном… Если в самом начале такое, что будет, когда мы кого-то конкретно за жабры возьмем? Кстати, съездили-то хоть не зря?

— Можете сами взглянуть, — Иванов раскрыл кейс и достал трофейную видеокамеру. — Дубли откатали, можете оставить себе.

— Давайте посмотрим…

Просмотрев видеозапись допроса Володи Кудрина, Витя подытожил:

— Ну что ж… Восемь трупов это, конечно, очень печально… Однако! Если бы мы дали уколоть кого-нибудь из наших, разработка умерла бы в самом начале.

Если бы сдались после побоища — аналогично. А может быть, и не только разработка. Кто его знает, как бы они поступили потом с нашими… Мы, конечно, нарушили закон, удрав с места происшествия… Но ввиду особой важности решаемой задачи считаю, что все было сделано правильно.