Обреченная на трон

Нина перевела взгляд с дяди на Нитару и дала понять братцу, чтобы он держал ухо востро. Альериану явно Нитара понравилась.

— О, прекрасная дива, разрешите представиться, герцог Альериан, — он едва склонил голову, а Нина демонстративно закатила глаза.

— Дядя, это девушка моего брата.

— Нитара, — отозвалась она уже сама, и Альериан едва улыбнулся.

Янык тоже проснулся и выбрался из домика.

— Папа, доброе утро, а это кто? Ой, эльф. Папа меч!!!

— Нет, сынок, это не плохой эльф. Его наша тетя Нина вызвала, чтобы он помог найти…

— Моего мужа Стаса, твоего друга Рольфа и садовника.

— Папа, он эльф. Я бы не стал, на вашем месте, ему доверять.

— Янык, а мы ему и не доверяем. Тетя Нина просто считает, что он должен нам помочь, — отозвался Лукреций.

— Так, ну хорошо. Давайте перекусим и отправимся в путь. Нельзя оставаться на одном месте долго, это может быть опасным, — заключила Нитара.

Неожиданно из норки выбежала трансформированная свинка, и Альериан сделал квадратные глаза.

— Неудачный образец. И знаешь, если ты, еще, хоть раз, выскажешься в мой адрес, я могу попробовать снова кого-нибудь создать, и ты будешь моей подопытной крысой.

Может с тобой у меня получится лучше, — Альериан все понял, и на его серьезном лице расцвели два алых пятна. Он был в бешенстве, но эльф должен был себя сдерживать.

Нина создала несколько пирожков, и у нее получилось. А еще она создала все тот же, любимый Яныком, компотик.

Все перекусили, и даже эльфа покормили. Он оказывается, действительно, только облачился в домашний костюм, состоящий из брюк и сорочки, как его притянула Нина, и вынужден был сейчас в таком виде следовать за новоиспеченной родственницей, которой, к слову, оказалась Нафирой.

Магия эльфа входила в резонанс с магией чернокнижников, и лишь присутствие Нафиры позволяло им находиться рядом. Она была, как катализатор и темной, и светлой магии, не позволяя им конфликтовать.

С завтраком было покончено, и они отправились в путь. Эльф шел молча, как и Лукреций, а Нина разговаривала с Яныком.

Они шли последними. Нина понимала, что эльф, как «Большое ухо», слышит все и всех, поэтому пожелала, чтобы их разговор с мальчиком остался только между ними.

— Янык, а сколько тебе лет?

— А когда у тебя День рождения?

— Он был, когда я оказался в плену.

— Так ты даже не отпраздновал его? Вот же не справедливость. А чтобы ты хотел получить на свой день рождения, милый?

— Я мечтаю иметь свой портал, но, чтобы он был невидимый, иначе его заберет кто-нибудь.