Обреченная на трон

Лайкистан рассматривал новый клинок для своей коллекции оружия, когда неожиданно церемониймейстер объявил:

— А сейчас первый танец нашего императора Звездной феерии. Его хочет пригласить на танец дочь Дарина.

Даша появилась на главной дорожке из радужного мрамора и уверенно пошла к отцу.

Все гости ждали, когда освещение станет не таким ярким, и Лайкистан с дочерью начнут танцевать, чтобы согласно законам очередности на балах и в соответствии с титулами тоже начать танцевать. Это происходит постепенно.

Лайкистан сбежал по ступенькам, а Рольф скрестил руки на груди, наблюдая.

Он уверенно пошел на встречу к своей жене. Они вторые после именинника должны начать танцевать. Освещение на мгновение совсем пропало. Это запланировано было, а в следующий момент оно вернулось.

— Что стоим? Кого ждем? — Шепнула Даша. Сейчас она была уже рядом с мужем.

— Т-шш, смотри, — Рольф взглянул на Лаки, а тот в этот момент замирает, и все замирают.

— Папа! — Даша привлекла его внимание, — с днем рождения! — И подмигнула ему.

Побледневший, и без того белокожий эльф, перевел взгляд с дочери на незнакомку и осторожно приподнял маску девушки. Лаки смотрел, не отрывая взгляд, на такое знакомое, такое любимое личико Есении. Он боялся, что сейчас образ раствориться, как сновидение поутру, но нет, она стояла перед ним вполне материальная и такая прекрасная.

— С днем рождения, мой император. Я не могла это пропустить.

— Есения, я думал…, я не надеялся… — он крепко обнял ее, и из его глаз показались слезы.

— В зале поднялся такой гул. Кто-то догадался кто это, кто-то пытался понять, что происходит. Лявр, отстранившись от губ своей молодой жены, тоже бросил взгляд на Лаки.

— Офигеть, — не сдержался он.

— Офигеть? Это как? — Деликатно спросила эльфийка.

— Ой, это слово никогда не произноси. Это я так, просто не подумал, — новый советник Звездной феерии бросил взгляд на Стаса, который заметил его реакцию и взглядом указал на Нину.

— Наша бабочка просто чудо, честное слова. А такой ребенок был в мире Дня не приспособленный. Плакса-вакса. Вечно у мамы косметику таскала.

— Милый ты знал великую Нафиру в детстве?

— Был знаком, встречались, — отмахнулся Лявр и притянул свою эльфийку в объятия снова. — Так на чем мы остановились? — Девушка едва смутилась, а Лявр снова завладел ее губами. «Моя сладенькая».