Обреченные стать пеплом

 – Не нужно меня опекать, – я пристально посмотрела на Джорджевич, и она неожиданно отвела свой взволнованный взгляд вбок. – Сама ведь не можешь бросить свой мундштук… – решила немного сгладить острый угол я.

Мы немного помолчали.

– Я слышала, у брата твоего отца родилась вторая дочь, – наконец решилась начать новую тему Полина. То, как она в последнее время стала робеть передо мной, меня начинало напрягать. Всё равно, что чувствовать себя крутым парнем с сигаретой в зубах, во власти которого находится воля самой желанной девчонки на районе, которая теряется при одном только твоём волевом взгляде на неё.

– Родилась две недели назад, пятнадцатого апреля, – подтвердила информацию я. – Недоношенная из-за слишком маленького разрыва после первой беременности Греты, но абсолютно здоровая. Между ней и её старшей сестрой всего десять месяцев разницы, но у Генри у самого с моим отцом разница в десять с половиной месяцев, хотя они оба доношенные, так что он даже рад, что у девочек такой маленький разрыв в возрасте.

Думает, что так даже лучше… – я сделала ещё одну глубокую затяжку. – Так что у меня появилась ещё одна кузина. Решили назвать Джиной.

– Нет, – я сдвинула брови.

Почему я до сих пор не навестила Генри, ведь даже сейчас он был на расстоянии всего лишь какого-то километра от меня…

Как бы сильно я не хотела признавать того факта, что у меня неправильная реакция на детей, особенно на новорождённых, факт оставался фактом: я не хотела держать на руках очередного рождённого не мной ребёнка.

Пока Полина молчала, я задумалась о том, могла ли я вообще когда-нибудь родить, ведь Амелия предсказывала лишь тень, которая явилась одновременно с ребёнком Пени.

Вдруг мне не суждено было стать матерью с самого начала?.. Вдруг суждено было пережить этот злосчастный выкидыш?.. Вдруг это всё у меня на руке написано?..

– У тебя появился новый друг? – вырвала меня из моих мыслей совершенно неожиданным вопросом Полина.

– Ты о чём? – непонимающе покосилась взглядом на собеседницу я.

– Говорят, ты гуляешь по вечерам с каким-то высоким блондином.

– Мона. Она видела вас пару раз на набережной неподалёку от дома.

– Роберт травматолог, он лечил мою руку.

– Значит, вы уже давно общаетесь.

– Три месяца, получается, – сдвинув брови, выпустила тонкую струйку дыма из лёгких я. – Вижу, тебе это не нравится.

– Причём здесь моё мнение? Ты вольна делать всё, что вздумаешь.

– Не знаю. Мне этот тип не по душе, хотя я и видела его лишь краем глаза.

– Значит, ты его видела.