Обретая любовь

Этим летом он научил ее стрелять из лука и вязать морские узлы. Порция, конечно, не собиралась жить на корабле, но эти знания могли пригодиться, если она вдруг окажется на необитаемом острове. Она предпочитала все планировать заранее. Мама говорила, что она унаследовала это от своей бабушки-герцогини.

Ну а сегодня Порция собрала труппу из восьми человек (все те дети, которые уже умели говорить), чтобы поставить пьесу, сочиненную ею самой. Это была очень патриотическая пьеса, в которой королева (в ее собственном исполнении) расправляется с коварными пиратами (в исполнении мальчишек) при помощи своей сестры, с которой они – так уж оказалось – были двойняшками.

Для просмотра пьесы все родители собрались во дворе. Четыре мамы сидели рядышком в своих ярких летних платьях и не переставали смеяться. Папа Порции, прислонившись к стене, разговаривал со своим отцом, который раньше был пиратом, а потом стал графом.

Порция призвала зрителей к вниманию, но те какое-то время не могли угомониться, пока ее отец их не приструнил.

Пьеса начиналась появлением Эдмонда, который в свои два с половиной года был толстым, как хомяк, и ходил, переваливаясь с боку на бок. Порция понимала, что причиной тому служили его подгузники, но тем не менее ее радовало, что он приходился ей кузеном, а не родным братом. Эдмонд должен был начать мятеж, выстрелив в королеву из лука, но настоящее оружие ему, конечно же, доверить не могли.

Порции пришлось объяснять произошедшее: это была попытка покушения на монаршую особу, после чего был атакован Королевский флот, который довольно умело изображала Эмили. Но вообще не так-то легко быть драматургом и режиссером, если твои актеры не способны запомнить свои слова и не умеют толком стрелять из лука. Порция то и дело давала пояснения, потому что зрители очень часто не могли вникнуть в суть происходящего.

Когда спектакль достиг середины, ее отец отделился от стены, подошел к ее матери, приподнял ту со стула, уселся сам, а ее разместил у себя на коленях. Она положила голову ему на плечо.

Папа с мамой были без ума друг от друга – они целовались каждый раз, когда думали, что их никто не видит. И если кто-то заставал их за этим делом, то папа смеялся и говорил, что его жена спасла ему жизнь.