Обретая любовь

Я могу описывать то, что происходит здесь, у нас, и ты сможешь представлять себе все это, когда будешь заниматься уборкой.

Его губы тронула улыбка.

– Я буду рад каждому твоему письму. Пусть твой отец пересылает их в Адмиралтейство, и уже оттуда они попадут ко мне.

Так и получилось, что леди Грейс Райберн начала писать письма лейтенанту Колину Берри. Ее первое послание было очень коротким и содержало абсолютно искреннее признание:

«Я ненавижу Лили. Вчера вечером она обрезала пальцы у моих любимых перчаток, решив, что так будет забавнее».

Колин в ответ черканул несколько строк, сообщив, что пребывал в довольно скверном настроении и история про перчатки его развеселила.

После этого Грейс специально стала описывать случаи, которые дали бы ему возможность посмеяться в его нелегких флотских буднях. Она поведала о том, как ее младший брат стащил все отцовские галстуки и приспособил их в качестве парусов на своих игрушечных лодочках. А еще о том, как куры сбежали из курятника и расселись на постиранном постельном белье.

И даже вложила в конверт небольшую акварель с изображением хохлатки, восседающей на висящей простыне.

Грейс пересказывала Колину сюжеты спектаклей, которые она с семьей смотрела в лондонских театрах, и то, что о них думает их гувернантка. А один раз написала полный текст песенки на немецком языке, разученной Лили, присовокупив чернильный портрет сестры, распевающей эту песню со страдальческим выражением лица.

Она вообще довольно-таки много писала о Лили, поскольку с той было связано немало забавных случаев.

Кроме того, несмотря на все огорчения, доставляемые сестрой, Грейс тем не менее любила ее. Она пробовала писать и о себе самой, но это получалось совсем неинтересно.

С какого-то момента она начала рисовать небольшие портреты (такие, которые легко помещались бы в конверте), и на многих из них также была изображена Лили.

Колин довольно редко отвечал на письма Грейс, но когда делал это, то всегда благодарил и интересовался об очередных выходках сестры.

За два прошедших года Колину ни разу не удалось побывать в Англии, а Грейс так и продолжала писать ему дважды в месяц.

Для обеих семей вошло в привычку расспрашивать ее о делах Колина, и со временем она стала пересылать его письма сэру Гриффину и леди Берри. Похоже, кузен не баловал родителей известиями о себе, и письма, отправляемые ей, были, возможно, единственными, которые он писал.

– У него имеется закадычный друг, – проинформировала всех Грейс как-то в декабре.