Обретение силы

— Как вы знаете, Каллинон поручил мне организовать домен и укрепить здесь королевскую власть, чтобы усилить Лундию в Приграничье.

— Ура, — саркастически сказал я.

— А вот теперь, я не зря упоминал патологическую любовь к эльфам. Вулий прекрасно понимает, что дожить до коронации он вряд ли сможет. Против него многие по различным мотивам, в том числе и корыстным. Так вот, чтобы обезопасить свою любимую задницу, наш любезный во всех отношениях принц заключил договор с эльфами о помощи и поддержке Лундии Эльфарией.

— Мля, — сказал Ферингтон. — Только этого нам и не хватало.

— Это еще ладно, лейтенант, — успокоил его отец. — Это не самое страшное. Страшно то, что в знак поддержки и добрососедских отношений он передает Пограничье Эльфарии.

— Что? — мы все вскочили с мест.

— Это же измена! — в один голос сказали Ферингтон и Патитис.

— Да, господа, это государственная измена, — подтвердил отец. — И это политика наследника. Наш домен уходит ушастым, не зря это была спорная территория, на которую они претендовали.

Правда, это было пару тысяч лет назад, но у ушастых долгоживущих память длинная, как и их уши.

— А что будет с населением? — спросила Иль. — Дадут уйти, или…

— Или. Будут рабами, — ответил ей Ферингтон. — Я на это насмотрелся.

— Ну с нами, я думаю, поступят по-другому, — сказал я и провел пальцем по горлу.

— Скорее всего, — ответил отец. — В лучшем случае, в знак великого милосердия наследника, нам позволят уйти в том, что на нас надето.

При условии, что мы мирно сдадим замок и позволим ушастой сволочи тут командовать и спокойно жить.

— У нас есть другие варианты? — спросил я. — Если не рассматривать позорную сдачу замка и возвращения в Сенар изгоями?

— Есть. Как я уже сказал, Вулий не пользуется поддержкой не только простолюдинов, но и аристократов, а, следовательно, долго он не протянет. Ну по крайней мере несколько месяцев, не больше. Учитывая то, что он более эксцентричен, чем его отец, это может произойти еще раньше.

Но, пока принц управляет государством, дел он наворотит, чувствую, порядком.

— И хороши же мы будем, если уйдем с позором с этой земли… — сказал я.

— Да. И не только в глазах остальных, но и в своих собственных, — подтвердил отец.

— Итак? — спросил я.

Что-то папаша растекся мыслью по древу. Я уже понял, к чему он вел, и мне это нравилось больше, чем пройти через строй эльфов.