Обрученная с драконом

Юна закрыла глаза и сделала, как ее учили во дворце. Представила, что мурашки это искры, такие крошечные, что их не видно обычным человеческим зрением. Они тянутся друг к другу, сливаются в язычки пламени, поначалу едва различимые, но постепенно растущие. Искр все больше, они все активнее, язычки становятся ярче, сильнее… Жар поднимается…

Она почти ощутила, как на пальцах вспыхивает огонь – живой, обжигающий. Но острая боль ударила под дых. Будто стальной трос захлестнулся вокруг ребер и резко сдавил петлю, впиваясь в плоть и ломая кости.

Тело разом стало чужим, ноги – ватными. В ушах зазвенело. Юна резко распахнула глаза, и мир взорвался фейерверком.

Охнув, девушка рухнула на колени. Покачнулась, чувствуя, что заваливается набок, и не в силах удержать равновесие.

Кровь билась в висках, заглушая все звуки. Но все же Юна услышала стук двери, топот ног и знакомый, вибрирующий от еле сдерживаемой ярости, голос:

– Дура! Тебя что, не учили кремнем пользоваться? Эти печати могут убить тебя!

– Н-нет кремня, – стуча зубами еле выговорила Юна.

Она почувствовала, как ее подхватили на руки. И глупая улыбка сама собой расползлась по прокушенным губам: Марген. Он не оставил ее. Как всегда, появился в нужный момент.

Когда Юна очнулась, то не сразу сообразила, где находится. Первое, что почувствовала, это что она лежит на кровати, причем не одна. Кто-то самым наглым образом подгреб ее под себя и теперь прижимался сбоку.

Замерев, девушка вслушалась в тишину.

Рядом явно лежал кто-то большой и глубоко, ровно дышал.

К ее удивлению, в комнате было светло. Но не от свечи или светильника. Под потолком вился рой знакомых магических светляков.

Уже догадываясь, кого увидит, Юна повернула голову набок.

Так и есть. Рядом лежал Марген, причем вразвалку, и сладко посапывал. Одна рука по-хозяйски обвила Юну за талию и прижимала к его мощному телу.

Девушка попыталась осторожно отодвинуться. Но добилась лишь того, что объятие Маргена стало крепче, а сам он открыл глаза и недовольно посмотрел на нее.

– Очнулась? Одни проблемы с тобой, – он убрал руку и сел на кровати. – Как себя чувствуешь?

Юна тоже поспешно села, отодвинувшись от лунданца, и нервно скривилась.

Ее башмаки стояли рядом с кроватью, спасибо, что снял. А вот ему хватило наглости завалиться на постель прямо в сапогах. Вон, даже испачкал покрывало немного. А ей, между прочим, негде взять чистое, придется своими руками стирать.

– Нормально, – проговорила она сиплым голосом.