Обрученные луной

Наверное, ей должно было стать стыдно, но человеческие чувства вдруг отступили далеко-далеко, а пальцы напряглись, и на миг Лестана увидела, как они удлиняются изогнутыми острыми когтями…

Она встряхнула головой — наваждение спало — и смущенно улыбнулась немолодому седовласому Волку, стоящему за прилавком.

— Ах, какая красавица! — расплылся тот в улыбке. — Ты же кошечка, верно? Мой старый нос меня не обманывает? Какая светленькая Рысь, просто снежинка! Что, зайчатинки захотелось? Для такой красавицы лучшие шкуры! Сошьешь себе шубку, будешь еще краше! А может, ну их, этих зайцев? Мех зимний, но ведь бросовый.

Смотри, что у меня есть! Для девушки с такими глазами только самое лучшее!

На прилавок легли мягкие темные шкурки, в солнечных лучах заиграв золотистыми бликами. Соболь! Редкого окраса, дорогой! Торговец гордо улыбался, пока Брангард и Ивар со знанием дела мяли шкурки, оценивая выделку, а парни из Волчьей дружины насупились, даже не подходя к прилавку. Похоже, их жалованья на шубку из темного соболя не хватило бы.

Лестана растерянно улыбнулась. Соболь был прекрасен, но заячью шкурку из рук выпускать не хотелось. Просто не хотелось — и все! Кайса, сообразив, что с ней творится что-то неладное, мягко забрала несчастный меховой лоскут из ее пальцев, шепнула на ухо:

— Леста, все хорошо? У тебя вид, будто ты сейчас этого зайца зубами…

Лестана почти с ужасом помотала головой. Нет! Она, конечно, ждала свою Рысь с нетерпением, но представить, только представить, что она, высокородная девушка, наследница клана и образец для подражания, поведет себя как дикий зверь? Что сказала бы матушка?!

— Так! — неожиданно решила Кайса.

 — Срочно кормить! И чтоб ни слова о приличиях, понятно? Эй, господа Волки!

Она обернулась к встрепенувшимся дружинникам и приказала:

— Спасите двух голодных девиц кусочком мяса! А еще хлебушка свежего… ну и чего сами придумаете. А то вас покусаем. Р-р-р-р-р!

Парни ошалело уставились на грозно рычащую Кайсу и так же слаженно расплылись в умиленной улыбке, а потом вдруг исчезли в толпе.

Лестана подняла ладони к щекам, мечтая провалиться сквозь землю, потому что Ивар с Брангардом, бросив мех, обеспокоенно повернулись к ней.

— Ничего… — проговорила она. — Это так…

Снова закружилась голова, и Лестана вцепилась в локоть Кайсы, а потом рядом вдруг оказалась высокая деревянная скамейка, на которую ее чуть ли не силой усадил Брангард.