- Хотя я уже не знаю, что тебе предложить, если даже тройной оклад не сработал. Разве что супнабор в виде руки и сердца, но, как я посмотрю, твоя «морозилка» уже занята.
- Во-первых, вы прекратите отпускать пошлые шуточки в мою сторону, - невольно принимаю его правила игры и начинаю выдвигать условия.
- Зануда, - выдыхает недовольно, но при этом кивает.
- Во-вторых, не будете домогаться.
- Я пока ещё и не начинал.…
Пропускаю его реплику мимо ушей, потому что если все это, от откровенных взглядов до поцелуя, было разогревом, то мне даже представить страшно, что будет, когда он «начнет» по-настоящему.
- В-третьих…"
"- А ты всегда считаешь, финансистка? – перебивает, не выдержав. Нетерпеливо постукивает носком ботинка об пол, пачкая ламинат мокрым снегом. Многозначительно смотрю на его обувь, и он послушно снимает ее, оставляя на пороге.
- Кхм-кхм, спасибо, - указываю на Пашкины тапки, но он брезгливо морщится, скользит взглядом по моим босым ступням и, хмыкнув, возвращается ко мне в носках. Смущаюсь, словно мы стали неприлично ближе.
- У меня привычка все перечислять по пунктам.
- Заранее согласен на каждый. Не веришь?
Достает маленький блокнот и ручку из внутреннего кармана пиджака. Делает это таким привычным жестом, будто постоянно что-то забывает и вынужден делать пометки. Исписанные корявым почерком листки только подтверждают мои мысли. Впрочем, сотрудничать с рассеянным боссом я смогу. Зато теперь ясно, зачем ему помощница. Пока решаю, соглашаться ли мне на новую должность, если предложение в силе, Высоцкий отвлекает меня очередной издевкой:
- Я все запишу – и буду перечитывать каждый вечер перед сном.
Сразу после молитвы «Отче наш».
- Вы неисправимы, - шумно вздыхаю, но внутренне сдаюсь. - Подождите на кухне, я переоденусь.
- Напр-расно, - реагирует мгновенно и в своем репертуаре. - Отлично выглядишь, по-домашнему. Могу тоже раздеться, и устроим корпоратив в пижамах.
- Пункт про шуточки…
- Понял, молчу, - поднимает руки в знак капитуляции и разворачивается в сторону кухни.
Кажется, договорились. Надолго ли?
Не проходит и пяти минут, как я понимаю, что рано расслабилась…
Есть мужчины, которым верить нельзя. Ни единому обещанию! Дают слово – и тут же его забирают. Синдром бога. Арсений именно из такой непостоянной породы.
Жаль, что осознаю я это, когда полуголая опрометчиво разворачиваюсь на скрип двери. И оказываюсь лицом, а точнее, одной из самых пышных и выпирающих частей моего тела - к боссу, ворвавшемуся в комнату без стука.
