- Этот остолоп сам бы не догадался – и ещё бы лет двадцать свою фиктивную жену настоящей делал.
- Что такое «фиктивная»? - с интересом уточняет Маруська. Мы обе обращаем внимание на Высоцкого, и он понимает, что сболтнул лишнее.
- Забудь, - отмахивается, щелкнув племяшку по вздернутому носику. - Сашка для твоего папки – самая любимая… Просто он туго соображает. И заботится о своей репутации больше, чем о личной жизни.
- А вы наоборот? – импульсивно поддеваю его, вызывая легкую ухмылку на тонких губах.
- Намекаешь на мою плохую репутацию? Так у меня к ней подход простой: что мертво, то убить нельзя, - выдает с хриплым смешком.
- Дядя Арс, давай сначала нашу гостью ужином покормим, - тяжело вздыхает она, как умудренная опытом старушка, дико уставшая от непослушных внуков. – А потом Слава заплетет мне красивую косу, и будем в приставку играть до утра.
Маруська деловито диктует мне «план мероприятий», берет за руку и настойчиво тянет за собой в зал с пресловутым телевизором на всю стену. Напротив него стоит тележка с едой из ресторана, разложенный диван с горой постельных принадлежностей, будто на нем в подушечный бой играли, а в дальнем углу помещения – белый рояль, который сразу бросается в глаза.
- Нет, подождите, - очнувшись, оглядываюсь на босса. – Я не могу провести с вами ночь, - закусываю губу, осознав двусмысленность фразы.
- Почему? – хмыкает он с неприкрытым ехидством. – Я тебе разрешаю.
Задыхаюсь от его наглости, но всё-таки нахожу в себе силы твердо отчеканить:
- Потому что меня дома ждут.
- Я предупредил уважаемого Ярослава Владимировича, - пафосно сообщает Арсений. - Он в твоей квартирке единственный мужчина на хозяйстве, который переживает за тебя, Пашка не в счет, - небрежно бросает, вальяжно шагает в гостиную и падает на диван.
- Откуда у вас номер моего брата? – искренне удивляюсь, проигнорировав шпильку в адрес моего жениха. Не хочу обсуждать личную жизнь – она и так дышит на ладан.
- Я легко добываю все, что захочу, - загадочно тянет, обласкав меня хитрым взглядом.
- Да и Ярослав славный малый, думаю, мы подружимся. Кстати, он тебя отпустил на всю ночь, однако… - подается вперед, облокотившись о широко расставленные колени, и переходит на хриплый шепот, чтобы Маруська не слышала, - прежде пообещал мне все оторвать, если я тебя трону против воли. Для себя я сделал вывод, что по согласию, в принципе, можно, - подмигивает мне, похлопывая ладонью по сиденью рядом с собой.
Отшатываюсь от него, как от прокаженного.
