- Арсений, - строго выговариваю его имя, пока он внимательно изучает мою спецформу.
- Ты реально горничная? Или мы тут с тобой… - многозначительно играет бровями.
- Я не горничная, но… - отшатываюсь, поправляя дурацкое декольте.
- Так и знал! - восклицает победно и перехватывает мои руки. – Тогда предлагаю продолжить… На чем мы остановились?
Резко дергает меня и притягивает к себе, так что я теряю равновесие. Секундной заминки хватает, чтобы я оказалась под ним. Подгребает меня под себя, как петух, поймавший самую медленную курочку, бройлерную и ленивую.
Клюет в губы – и тут же, раззадорившись, буквально пожирает меня поцелуем. Большие лапы ложатся на грудь, по-хозяйски сжимают.
- Нельзя же, - часто дышу в алчный рот. – Постельный режим.
- Мы его не нарушаем, - хмыкает, роняя меня на подушки. – Заодно память быстрее вернется. Так сказать, восстановление событий, - забалтывает меня, спускаясь поцелуями к груди, чтобы зарыться в нее носом.
Никогда ещё моя честь не висела на таком тонком волоске. Главное, и предъявить ему нечего.
Убежден, что жених, значит, право имеет. Впрочем, он и раньше особо не церемонился.
- Вдруг кто-нибудь войдет, - пытаюсь привести его в чувство. И себя заодно, потому что… это безумно приятно. Первобытные инстинкты, о которых я даже не подозревала, дурманят мозг.
- Обязательно, - с характерным причмокиванием оставляет засос на нежной коже. Будто метит. - И я даже знаю, кто, - усмехается, задирая треснувшую по шву юбку. Мажет ладонью по ноге, подхватывает меня под бедра.
- Так, хватит, - возмущенно отталкиваю пошляка, пока сама не сдалась ему. – Я не невеста, - кряхчу, выбираясь из-под него. – Точнее, невеста, но не ваша. Ничья теперь, - бубню себе под нос.
Дверь распахивается в момент, когда я сползаю на пол. Вытягиваюсь по стойке смирно, устремляю взгляд на вход. Осталось только честь отдать, но главный охотник за ней недовольно мычит в постели, сквозь стоны боли выдавая что-то вроде: «Кого опять чёрти принесли? Проходной двор, а не отель».
- Алло, слушаю….
На пороге спотыкается запыхавшийся Ярик с пакетом лекарств в руке и телефоном возле уха. Окинув нас быстрым взглядом, выгибает бровь, но благоразумно не комментирует увиденное.
- Да, мам, - кидает в трубку, и я инстинктивно напрягаюсь. Никогда ее звонки не приносили ничего хорошего. – Конечно, сейчас передам, - виновато прищуривается и… нагло бросает в меня телефон, который я автоматически ловлю в полете. - Славка, родители! – предупреждает шепотом.
