Можно я ее уволю? – делает брови домиком и просящие глаза.
Отрицательно качаю головой, а он демонстративно цокает и недовольно откидывается на спинку кресла. Как бы невзначай берет меня за руку под столом, а я пытаюсь абстрагироваться от теплого, волнующего прикосновения.
- Нельзя, у тебя паранойя, - лепечу, почти не шевеля губами. - Это Агния Федоровна Кац, наша управляющая.
Молча слушает доклад, скрестив руки на груди. Как только женщина заканчивает, он опирается кулаками в подлокотники кресла, собираясь встать и уйти.
Но Агния быстрым шагом подлетает к столу.
- Подпишите, пожалуйста, - опускает стопку документов перед лицом босса. – Отчетность о хозяйственно-финансовой деятельности отеля за минувший год, а также сумма планируемых инвестиций на будущий."
"Высоцкий медлит, а я испепеляю бумаги взглядом. При бывшем шефе Кац славилась своими махинациями и умением подтасовывать цифры. Недаром она была правой рукой Дроздова и… его любовницей. Скорее всего, до сих пор держит с ним связь.
Отчасти Арсений был прав, когда заговорил о ее увольнении, однако лишиться управляющей в праздники – непозволительная роскошь для нашего отеля. Никто другой не справится с организацией, а на поиски нового специалиста нужно время.
- Подождите, - выхватываю листки, едва не смяв их. - Я хотела бы сверить данные, - виновато взмахиваю ресницами, поймав на себе шокированный взгляд Высоцкого. - Вы же не против, Арсений Геннадьевич?
- Как скажете, Слава, я целиком и полностью доверяю вашему профессионализму, - рокочет он, расплываясь в улыбке.
Реабилитируется за наш недавний разговор у лифта. В свою очередь, я передергиваю плечами от его холодного «Слава». Ловлю себя на мысли, что мне начинает не хватать булочек и пирожочков. Совсем свихнулась? Видимо, тоже в ванной ударилась…
- Извинения принимаются, Арсений Геннадьевич, - слегка вздергиваю уголки губ вверх.
Агния с трудом скрывает возмущение. С показной покорностью, которой я бы не верила ни на йоту, кивает и, развернувшись на пятках, цокает каблуками к выходу.
Ленивым жестом Высоцкий распускает весь персонал. Как только за Яриком, который шел последним, закрывается дверь, Арс двигается вместе с креслом ко мне.
- Ты так сексуально зовешь меня по отчеству, что я начинаю понимать, почему оставил тебя в подчинении, - вдруг мурлычет, уложив руку на спинку моего стула.
- Точно не поэтому, - нервно ерзаю на месте, и деревянные ножки предательски скрипят подо мной.
