— Ну все, меня точно посадят… А я говорила, что это хреновая затея. Говорила…
— Арни! Друг мой, — развернулся Ноа навстречу брату, который его же и окликнул.
Тот поморщился, услышав неформальное обращение. Он держал в руках стопку бумаг и явно направлялся к себе в кабинет.
— Лейтенант Эдвин. — поправил его Арни и оглянулся на мимо проходящих офицеров. — Какой я тебе друг?
— Приношу свои извинения. — Ноа выпрямился и вздернул голову.
— Это кто? — Арни кивнул на Соль.
— Веду на допрос.
— У тебя нет полномочий на это.
— Арни порылся в листах и, выудив один, сверился с написанным. — А у меня на сегодня допросов не назначено.
— Это свидетель ритуального убий…
— Тише! — Арни осмотрелся. — Я же сказал тебе, что дело закрыто. Куда ты лезешь?!
— Но я…
Арни явно не хотел, чтобы их подслушивали.
— В допросную, быстро, — сквозь зубы сказал он и, протискиваясь через толпу бейсболистов, у которых украли какой-то там мячик за много тысяч баксов, Арни завел Соль с Ноа в кабинет.
Внутри маленькой комнатки были голые серые стены.
Одна яркая белая лампочка под потолком. Металлический стол посередине, два стула, стоящих напротив друг друга, и зеркало, которое, как все знали, было вовсе не зеркалом.
— Мисс? — обратился он к Соль.
— Чи, — ответила она Арни.
— Мисс Чи, будьте добры, подождите нас здесь. Я скоро вернусь, и вы расскажете мне все, что хотели рассказать. — Он отодвинул стул, тем самым приглашая присесть. — А ты, Тейлор, за мной. Живо.
Арни вышел из кабинета.
— Давай, зануда, — торопился Ноа, — твой выход!
— Что? А ты? Как я одна?"
"— Я попробую потянуть время.
Но меня надолго не хватит, поэтому торопись! — бросил он перед тем, как оставить Соль одну.
Арни, конечно же, завел его в смежный допросный кабинет, по другую сторону зеркала. Соль беспокойно осматривалась по сторонам и дергала ногой. Переживала. Пыталась настроиться.
— Мы же договорились, что занимаемся ритуалкой после работы. — Арни закрыл дверь на ключ.
— Я… Прости…
— Если кто-то узнает, что мы продолжили искать маньяка, то нам конец.
Это дело закрыл не Палмер. Понимаешь?
Ноа кивнул.
— Его закрыл сам Хиггинс. Ослушаться мэра — все равно что подписать лист с собственным разжалованием. Палмер уже сделал мне выговор, когда увидел, что я изучаю все эти символы. Еще раз попадусь, и меня уволят.
— Почему Хиггинс сделал это?
— Ты болван, Зак? — Арни потер глаза. — Дело связано с исключительными. Маньяк — наверняка очередная спятившая скура.
Он сел на стул и устало потянулся.
