И преподаватель опять улыбнулся ей. Что тут, черт возьми, происходит?
— А раз вы все сегодня выбрали мой предмет вместо пар по истории, то… — мистер Кэруэл подошел к доске и взял в руки мел, — с истории мы и начнем.
Студенты недовольно завыли и нехотя пооткрывали тетради. Даже Ноа, который, кажется, был безнадежен в учебе, схватил ручку и стал конспектировать. До этого Реджис сомневался, умеет ли Ноа вообще писать. Умеет. Все больше и больше удивительного происходит в этой академии.
— Октябрь тысяча пятьсот восемьдесят шестого года, — стуча мелом, диктовал мистер Кэруэл.
— Королева Шотландии Мария Стюарт была обвинена в государственной измене. Больная ревматизмом, ослабшая в заключении, она организовала заговор с целью убийства Елизаветы I.
— Но ведь Мария и Елизавета были кузинами, — еле слышно произнесла девушка, сидящая перед Ноа.
— Вы хорошо знаете историю, мисс Бах, — похвалил профессор, и она покраснела от смущения. — Их родство, а еще опасения казнить королеву другой страны и сомнения в полномочиях на это суда заставляли Елизавету сомневаться.
Заговорщиков обнаружили. Ими оказались дворяне-католики.
Из открытого окна подул ветер, поднимая в воздух пыль, что мерцала теперь в свете лучей. Запах старых книг смешался с ароматом влетевших в класс пожухлых кленовых листьев. Студенты, наслаждаясь осенней свежестью, уставились на раму, куда сел ворон. Он громко каркнул, будто извинился опоздавший студент, и уставился прямо на доску. Но Кэруэл быстро согнал птицу, постучав мелом по партам, и вновь завладел вниманием класса.
"
"— Казалось бы, Мария могла избежать казни, дело хотели закрыть. Но, к несчастью для Марии, секретарь Елизаветы, сэр Фрэнсис Уолсингем, был не только приближенным английской королевы, но и главой шпионской сети. — Профессор медленно вышагивал вдоль рядов парт и кивал собственным словам. — Он перехватил письма королевы Шотландии и передал их Томасу Филлипсу — лучшему дешифровщику того времени. Томас Филлипс взломал шифр в письмах и выяснил, что истинным заговорщиком в самом деле была королева Мария Стюарт.
Так, восьмого февраля тысяча пятьсот восемьдесят седьмого года, под крики и плач прислужниц она лишилась головы. Причем трижды. К сожалению, ей попался неумелый палач. Но интересно то, что на плахе она оказалась из-за шифра. И если бы он был более стойким, то, возможно, судьба королевы сложилась бы иначе.
Кэруэл закатал рукава водолазки, которая успела испачкаться в меле, и вернулся к доске.
