— Ну мне нельзя в город. Ты же знаешь. Я сюда-то еле выбрался. Нас не выпускают. Я и так сижу в четырех стенах. Спешу заметить, убогих четырех стенах.
— Отвали, — с ноткой сомнения и в разы тише ответил Арни. Кажется, он все еще чувствовал вину за то, что все свое детство Ноа провел с репетитором по математике, а не с друзьями, как его старший брат.
— Проси что хочешь, — все еще стоя на коленях, Ноа обнял ноги брата. — Всё сделаю. Вообще всё. Прямо вот вообще-превообще.
Армейская выправка. Погоны на плечах. Тугой галстук.
Лакированные ботинки. Все это придавало Арни значимости. Повышало собственную важность. И Ноа был готов признать, что в такие моменты, как сейчас, спорить и уж тем более торговаться с ним было в разы тяжелее. Но Ноа все-таки был его младшим братом. И даже если Арни был бы самым главным из самых главных полицейских, он все равно бы сжалился над несносным кретином, сидящим перед ним на коленях."
"— Я сам тебе куплю, но больше не приходи ко мне на работу.
Все как обычно. В этот раз уговорить его получилось быстрее, чем в тот день, когда Ноа выпрашивал у него разрешение спуститься в крематорий.
Видимо, сегодня у Арни было плохое настроение. Или работа не идет.
— Тогда три бутылки рома, два фунта лайма и самую острую китайскую лапшу.
— Окей.
— Спасибо, бро! Респект тебе вселенский! — И Ноа радостно вскочил на ноги.
— Но, если честно, помощь твоя мне понадобится. — Арни помог подняться младшему брату.
Он порылся в документах на столе в поисках нужного. Ноа в этот момент подумал лишь о том, что в жизни не хотел бы работать с бумажной волокитой.
Хорошо, что он учится на помощника первых лиц. В будущем надо будет лишь светить лицом на телике. И то — не своим.
— Нашел, — сказал Арни.
Ноа заинтересованно вытянул шею, разглядывая фото в руках брата. На снимке был труп мужчины. Белая вспышка от фотоаппарата освещала грудь, еле прикрытую разорванной клетчатой рубашкой. В районе диафрагмы, там, где ребра, кровоточила глубокая рана, похожая на какой-то символ, вырезанный ножом на коже.
— Чувак, ну, это перебор уже какой-то. — Ноа выхватил снимок у Арни и приблизил к лицу.
— Это мое новое дело, — пояснил Арни. — Раньше тебе было интересно изучать такое.
— У трупа проколоты соски? Это смущает больше, чем странная фигня на его теле, — пошутил Ноа.
Он приблизил фотку, пытаясь рассмотреть окружение. Но все улики вокруг трупа утаила беспросветная тьма.
— Боюсь даже представить, о чем ты хочешь меня попросить.
