При взгляде на аплодирующего и что-то кричащего преподавателя он насупил брови. «Ради всего святого, чем они там занимаются?» – подумал он.
– Стоп! Довольно, – воскликнул Китинг. – Возможно, вы заметили, что в самом начале каждый ходил по-своему, в особенности мистер Оверстрит и мистер Питтс.
Длинноногий Питтс не спешил – он знал, что своего не упустит, – а Оверстрита влекла куда-то за ноги неодолимая сила природы… Но уже очень скоро все они шагали в ногу. В особенности благодаря нашей поддержке. Но я привел их в пример не для того, чтобы высмеять, а чтобы проиллюстрировать идею конформизма.
Очень трудно прислушиваться к собственному голосу или отстаивать свои убеждения перед другими. Вы думаете, вы бы ходили иначе? Тогда спросите себя, почему вы все-таки хлопали! Все мы нуждаемся в признании, юноши, но вы должны верить в то, что вы не похожи на других, в уникальность ваших убеждений – и пусть они кажутся вам вздорными или неинтересными. Вспомните стихотворение Роберта Фроста «Неизбранная дорога»! И он процитировал его.
Прозвенел звонок, но ребята стояли как вкопанные, не сводя глаз с Китинга, и впитывали слова. Отсалютовав, преподаватель двинулся прочь.
Ученики разбрелись. «Что мне делать с таким, как он?» – в задумчивости отвернулся от окна Нолан. Макаллистер, посмеиваясь над выходками коллеги, вернулся к своим контрольным.
– Встречаемся в пещере после ужина, – сообщил Нилу Кэмерон по дороге на урок.
– Во сколько?
– В половине восьмого.
– Передам остальным, – ответил Перри и, ускорив шаг, направился к Андерсону.
Позднее, вечером, Тодд, Нил, Ричард, Питтс и Микс сидели в пещере у костра, отогревая замерзшие ладони. На лес опустился густой туман, в деревьях свистел порывистый ветер.
– Жутковато тут нынче, – содрогнувшись, промолвил Микс и придвинулся поближе к огню. – А где же Нокс?
– Прихорашивается перед вечеринкой, – с усмешкой отозвался Питтс.
– А Чарли? Ведь это он настоял на сборе? – поинтересовался Кэмерон.
Все лишь пожали плечами. Нил объявил заседание открытым:
– «Я ушел в лес потому, что хотел жить разумно… Иметь дело лишь с важнейшими фактами… Погрузиться в самую суть жизни и добраться до ее сердцевины!.
.»
Тут он замер, прислушавшись. Снаружи хрустнули ветки. До них доносился какой-то шум, и был это вовсе не вой ветра. Странно, но больше всего звуки были похожи на девчачье хихиканье.
– Ничего не вижу! – донеслось до их слуха.
– Все здесь! Проходите, проходите, – раздался следом голос Чарли.
