Обжигающее чувство

Тело болело так сильно и во стольких местах сразу, что Эвелин могла уже не утруждать себя беспокойством об отдельных ранах. Надо идти — она и шла. Вот и все.

— У тебя есть часы? — спросила она Томаса. — Сколько времени?

Томас взглянул на светящийся циферблат.

— Половина пятого, скоро рассвет. Если пред положить, что они затащили нас в фургон и отъехали немедленно, прежде чем служба безопасности перекрыла все входы и выходы, то мы находимся на расстоянии примерно ста километров от базы.

Мысль о том, что придется пройти пешком по пустыне сто километров, казалась безумной.

— Тут могут быть другие машины, — предположила Эвелин. — Может быть, совсем рядом. Они могли бы подобрать нас. Впрочем, мы не можем голосовать, поскольку не знаем, что это за машины.

— Правильно соображаешь, — пробурчал Том.

— Стало быть, рассчитывать приходится только на свои ноги…

— Да, если только мы не встретим патрульную машину. Когда встанет солнце, я соображу, где мы находимся.

В любом случае, слишком далеко от того места, где ей хотелось бы быть. Эвелин умолкла. На это было по меньшей мере две причины. Во-первых, звук голоса далеко разносился по пустыне, а ей вовсе не хотелось привлекать к себе внимание. Во-вторых, разговор отнимал силы… Она и так чувствовала страшную усталость.

Голова раскалывалась от боли. Наверное, и Том чувствовал себя не лучше, но его все же ударили только один раз! А вот она сначала грохнулась из окна, потом ее ударили — наверное, рукояткой пистолета, затем этот мерзавец треснул ее кулаком по голове, и напоследок она приложилась спиной о металлическую стенку фургона, это уже когда Том оттолкнул ее.

Дважды Том швырял ее на землю, когда какой-то звук настораживал его. Эвелин не замечала ничего подозрительного, но у Тома было особое зрение, поэтому она полностью положилась на него, с жадностью хватаясь за малейшую возможность отдохнуть. Когда Том решал, что можно двигаться дальше, он неумолимо поднимал ее за локоть, и Эвелин шла дальше.

Рассвет тронул розовым левый край неба, и стало ясно: их везли на север, а сейчас они движутся на юг, к базе. Эвелин почувствовала некоторое облегчение, все-таки хорошо, когда есть ориентиры.

— Уже совсем рассвело, — угрюмо произнес Том. — Кто угодно может заметить нас с дороги. А кроме того, сейчас начнется такая жара! Нужно искать убежище на день.

Эта идея ей не понравилась.