Обжигающее чувство

Томас Уиклоу всегда в отношениях с женщинами устанавливал такую степень близости, которая ему требовалась. Он всегда первый прекращал любые связи. Когда он впервые увидел Эвелин, думал, что с ней будет точно так же…

— Я живу в казарме для старших офицеров, — очень спокойно сообщил он после долгого молчания. — Я не могу привести тебя туда. Мы не можем запереться у тебя в номере. Завтра пятница, и я свободен на весь уик-энд. Мы поедем в Санта-Фэ и снимем номер в гостинице…

Как он уверен в том, что я все еще безумно хочу его, раздраженно подумала Эвелин.

И тут же почувствовала неприязнь к себе за то, что действительно безумно хотела Томаса Уиклоу… Этот человек во всем хочет навязать ей свои правила игры!

— Как скажешь, — процедила она сквозь зубы.

Обратный путь прошел в гробовом молчании, похоже было, что в машине ехали два заклятых врага, а не два человека, желавших доставить друг другу удовольствие. Когда грузовик притормозил возле номера Эвелин, она вскочила, открыла дверь и приготовилась ринуться прочь.

Он заглушил мотор, схватил ее за руку и резко развернул лицом к себе.

— Мой прощальный поцелуй, — напомнил он, грубо прижимая к себе Эвелин.

Если кто-нибудь и видел их, он ни за что бы не подумал, что это дружеский поцелуй или просто хорошо разыгранный спектакль. Сильные руки заставили Эвелин прижаться к нему всем телом, голова ее запрокинулась назад. Горячие настойчивые губы Томаса быстро заставили ее признать свое поражение.

Несколько секунд она честно пыталась оттолкнуть его — и вдруг беспомощно уступила, еще крепче прижалась к Уиклоу, принимая его агрессивность и приветствуя ее ответной страстью.

Том резко отпустил ее и отступил, глаза его блеснули.

— Завтра тебе не понадобится ночная сорочка, — процедил он.

Эвелин молча смотрела, как он подошел к грузовичку и сел за руль.

— Я и не собиралась ее брать, — бросила она ему вслед.

А на следующее утро Эвелин не смогла найти свою личную карточку.

Она перерыла весь туалетный столик, на который обычно клала ее, посмотрела на кухонном столе, под мебелью, в корзине с грязным бельем, куда она побросала вчерашнюю одежду, искала даже в помойном ведре — все безрезультатно.

Эвелин села на кровать и попыталась вспомнить, куда она могла засунуть карточку, ведь вчера она точно была при ней, но ничего не прояснилось.