Оцепеневшие

Нажми на мой палец, прыщавый профессор, я уже не чувствую рук, помоги.

Кирилл не перестает говорить, он знает, чего я хочу. Он мотает головой, мол, нет-нет, сам.

Он знает, о чем я думаю. Читает немой вопрос в моих глазах. И просто говорит, говорит.

Продолжает свою медицинскую проповедь.

– Рвота.

Кирилл говорит о рвоте и, похоже, помнит еще вчерашние свои грибные фонтаны.

Рвота – опорожнение желудка через пищевод и ротовую полость. Глотание – сложный акт, в котором принимают участие мышцы глотки.

Он болтает, а я думаю о важности «качественного выстрела».

Он все говорит… Полости рта и пищевода.

Моргание – при раздражении роговицы глаза и его конъюнктивы.

Мне нужен качественный выстрел. Повреждение продолговатого мозга приводит к моментальной смерти.

– Поэтому мне обязательно нужен качественный выстрел. – Я случайно говорю это вслух. С дулом в зубах выходит мычание, но Кирилл меня расслышал.

– Как контрольный выстрел профессионала. – Он одобрительно кивает.

Выстрел, направленный в medulla oblongata. Стрелять нужно напротив кончика носа, целиться в основание затылка.

– Так ты сможешь рассчитывать на мгновенную смерть.

Случаев, когда люди остаются жить, предостаточно. Рука дрогнет – касательные повреждения коры головного мозга, привет, инвалидность.

– Для верности лучше брать экспансивные пули."

"Экспансивные, они же разворачивающиеся, или пули «дум-дум». Пули, которые увеличивают свой диаметр при попадании в мягкую среду.

Ох. Лучше б ты продолжил про функции мозга. Теперь я представляю, как кусочки свинца проникают мне в череп…

Знаю. Не умру.

Что ж так страшно?

Цельнооболочечные, военного типа, говорит Кирилл, на охоте недопустимы. Всегда есть опасность, что раненый зверь доберется до человека. Медведь какой-нибудь, например. И разорвет в предсмертной агонии.

Представляю разъяренного медведя. Несется между деревьями, лохматый, ревет.

Лучше пусть подранок меня растерзает, не хочу себя убивать.

– У тебя в руках охотничья двустволка. «Дум-дум» заряжены. Из твоего положения – смерть сто процентов. – Его голос такой же монотонный, убаюкивающий.

Слушаю, а рука все немеет.

Голос Кирилла…

Пот стекает.

Почему мои прожитые годы не проносятся перед глазами? Я хочу хоть что-то вспомнить. Ну же… Ничего, абсолютная пустота.