Оцепеневшие

Зачем мне все это барахло? Выхожу и вызываю лифт.

– Спускайся, не жди. Я подчищу и догоню. – Соня выглядывает из номера, говорит мне спускаться, и ее голова скрывается за дверью.

Я слышу треск, свист, щелчки.

Подчистит. Можно не сомневаться. Никто и никогда уже не узнает, что кто-то из нас жил в этом номере, вернее, не «жил»…

Садимся в такси.

Пока едем, стараюсь не следить за водителем. Везет и везет. Если наблюдать за дорогой, смотреть, как он рулит, начну критиковать. Сам не люблю таких пассажиров, поэтому лицо вправо и читаю вывески магазинов.

– Останови здесь. Ближе не надо, – говорит Соня и продолжает, обращаясь ко мне: – Пройдемся. Нужно осмотреться.

Это она хочет заранее оценить, я знаю ее методы. Хочет, чтоб ни одна живая душа не улизнула.

Меньше свидетелей, проще скрываться.

Приближаемся к музею.

Вокруг здания как завороженные бродят люди. Они вроде бы занимаются обычными делами, но я-то знаю, это поработал Киря. Сколько он там просидел? Сколько времени еще протянет его маскировка?

– А он крут, – одобряет Соня.

Я чувствую, как Соня берет пространство под свой контроль. Чувствую, как где-то внутри здания в это время облегченно выдыхает Кирилл.

Соня идет медленно. Концентрируется. Мне нужно поторапливаться. Нужно быстро отыскать прыщавого и вытащить его из музея. Соня преуспела в маскировке, она наш эксперт, но ее силы ограниченны, тем более на такой большой территории.

У меня есть около пятнадцати минут.

Пробегаю по ступенькам вниз, вдоль выставки пейзажей. Сворачиваю в зал средневековых доспехов и оружия.

Люди с затуманенным взглядом бредут мимо меня. Кое-кто из них смотрит прямо мне в глаза, но не реагирует, думает – я сотрудник, или какую там иллюзию сегодня транслирует Соня.

Выставка старинных ружей.

Стенд с пистолетами.

Останавливаюсь.

Как можно пробежать мимо такой красоты? Стою, рассматриваю, читаю. Несколько минут подождет.

Пистоли пятнадцатого века.

Е-мое. Красота. С фитилем в качестве запала. А вот с кремневым замком. Работает такой замок просто. Металлическое кресало ударяется по кремню, высекает искры, загорается затравочный порох – выстрел. Выстрел, и круглые ружейные пули из свинца несутся в цель. Просто и прекрасно.

Искусство, е-мое.

А вот удлиненные кавалерийские. Какие же красивые. Они могли поразить цель на расстоянии в сорок метров.

Просто силой заставляю себя отойти от стойки.