Оцепеневшие

А когда повернул голову, с удивлением обнаружил незнакомую худенькую девочку, которая с нескрываемым ужасом взирала на происходящее.

– Зачем они это делают? – тихо спросила она и перевела взгляд на Сашу. В ее громадных темно-зеленых глазах дрожали слезы.

Ковалев смутился и растерялся одновременно, не зная, что ответить. То, что Дрон с Лехой поступают нехорошо, он понимал. Но мысль, что на подобную жестокость нужно как-то отреагировать, ему почему-то в голову не приходила. Ну и вообще, что он скажет? «Дрон и Леха, не бросайте в кошку камни.

Ей больно от этого». Так, что ли? Так они могут и в него запулить обломком кирпича…

Пока он сосредоточенно думал над этим, попутно размышляя, откуда взялась эта странная девчушка, незнакомка вновь повернулась к хулиганам и неожиданно звонким голосом выкрикнула:

– Эй вы, живодеры! Перестаньте мучить кошку!

Дрон замер, рука с зажатым камнем повисла в воздухе. Леха, сосредоточенно выискивающий на земле «боеприпасы», с недоумением уставился на девочку.

– Привет, Кастрюля, – насмешливо произнес Дрон, опуская руку.

– Привет, – меланхолично отозвался Саша, и девочка изумленно посмотрела на него.

– Это твоя новая подружка? – прищурился Леха. – Она знает, что у тебя в башке коротят провода?

Ковалев покачал головой, чувствуя, как к щекам прилила кровь, и Дрон засмеялся.

– Че тебе надо, ссыкуха? – спросил он у девочки. – Не лезь во взрослые дела. Вали в свой двор куличики лепить. Пока сама по лбу не получила.

– Вы делаете жестокие вещи, – проговорила она.

– Пока нет, – хихикнул Дрон и подмигнул Лехе."

"– Представьте, что вы на месте кошки, – взволнованно продолжала девочка. – Неужели вам не было бы страшно и больно?

– Пошла в жопу, дура, – сплюнул Леха, и она побледнела.

– Вы… вы садисты и живодеры, – возмущенно заявила она. – И грубияны!

Сашу поразило, что, несмотря на бледность, голос маленькой незнакомки звучал решительно и твердо. Эта странная заступница кошки боялась, но все равно не отступала!

– Ты мне надоела, – хмыкнул Дрон и резко взмахнул рукой.

Краем глаза Ковалев все же успел заметить промелькнувший камень, который в следующую секунду с силой ударил в коленку девочки. Та охнула, покачнувшись, взметнулись ее густые черные волосы. Нагнувшись, она разглядывала содранную кожу на ноге, выступила кровь.

– Уходите, – внезапно сказал Саша. – То, что вы делаете, плохо.

Он сам не знал, как эти слова сорвались с его языка.