Получается у меня пока не очень, но Гордей всячески помогает. Особенно хорошо ему удаётся внушить мне уверенность в себе ночью в нашей постели. Я засыпаю счастливой и удовлетворенной.
Глава 49
Но утром тревоги возвращаются.
— Лад, да перестань ты так трястись. Поешь нормально, — велит Гордей, не выдержав моих метаний по кухне. — Мои родители — воспитанные люди, ничего из ряда вон выходящего на обеде не будет.
Это он погорячился с заверениями.
…Мы встречаемся с моими, которые едут на двух машинах.
Я сначала не поняла зачем, а потом разглядела на переднем сиденье рядом с дедом Аську. Вместе подъезжаем к шикарному особняку, спрятанному за высоким деревянным забором. Внутри вообще много чего из дерева: беседки, скамейки, фигурки — сразу понятно, что хозяин тесно связан с деревопереработкой. Матвей Михайлович и Виктория Павловна — я все же выяснила её отчество — встречают нас на крыльце и даже улыбаются. Правда, улыбка мамы Гордея больше напоминает оскал, но, возможно, это мне так от страха кажется.
— Проходите, проходите в дом, — говорит Варвин-старший, — всё уже собрались за столом. Там и познакомимся. Ждём только вас.
Я сжимаю руку Гордея. Кто «все»? Он пожимает плечами. Накануне он меня заверял, что его родители родственников созывать не станут, захотят в первый раз пообщаться в тесном кругу, а тут какие-то «все» нарисовались.
Проходим в дом. Родственников они действительно не позвали. Зато за столом сидит Мира Пунш и, судя по всему, её родители.
С таким скорбным видом сидят, как будто на поминки пришли.
В этот момент мне становится предельно ясно, что первый обед в доме будущих свекров я запомню навсегда.
— Вот дерьмо! — ругается тихо мне в затылок Гордей. — Главное — без паники, отобьемся.
А мне что-то так смешно становится, что я не могу сдержать улыбку и свечусь, как лампочка. Пунш смотрит на меня, недобро сощурив глаза, но Гордей берет на себя обязанности жениха и представляет меня и мою семью собравшимся.
— Знакомьтесь: моя невеста Лада Лебедева, глава семейства Лебедевых — Василий Иванович. Родители моей невесты Евгений Васильевич и Марина Викторовна, а это сестры Лады — Настя и Вероника.
Восхищаюсь памятью своего жениха. Всех запомнил!
— А мы родители Гордея, — подхватывает инициативу Варвин-старший, — Матвей и Виктория. Людмила и Станислав Прушкины, — наши ближайшие друзья, а Мира… их дочь. Давайте присядем и познакомимся ближе за обедом.
