От Озерова еще никто не уходил в бодром расположении духа. И даже те, кто давал правильные ответы и верные решения, подвергался такой интенсивной бомбардировке дополнительными вопросами, что земля от страха уходила из-под ног. Робот сегодня никого не щадил.
— Пока всю кровь не выпьет, не успокоится. — Обиженно прошипела Зуфарова, слушая, как Матвей Павлович распекает очередного двоечника-прогульщика.
Но Озеров, на удивление, уже через минуту начал давать им новый материал. Буря стихла, и Ольга немного расслабилась.
Она подняла взгляд и, пользуясь тем, что профессор все еще игнорирует ее, принялась разглядывать его. Девушка смотрела, не отрываясь. Только она знала, какой твердый пресс таился под этой рубашкой. Знала, как красиво и бесстыдно он напрягался, когда мужчина двигался на ней, оказываясь сверху.
О боже… Нельзя так глазеть!
Чтобы отвести глаза, ей пришлось произвести поистине нечеловеческое усилие. Тело сразу откликнулось на жаркие фантазии, которые рисовало ее сознание. Отозвалось покалыванием в кончиках пальцев и сладкой тяжестью, вмиг сконцентрировавшейся в низу живота.
— Это так срочно, что не может подождать до конца моей лекции, Юшков?! — Озеров на глазах превратился в грозовую тучу.
Переместился по аудитории как герой фильма про вампиров — почти молниеносно. И выхватил из рук опешившего Юшкова бумажку, которую тот пытался передать сидящему справа парню.
— Дайте сюда. — Сжал челюсти Артур, приподнявшись из-за стола.
Но Матвей Павлович, зажав записку меж двух пальцев, уже поднял руку над своей головой.
— Здесь вам не почта. — Озеров прошествовал обратно к своему столу и обернулся. — Но я могу передать послание. Разумеется, если вы скажете, кому оно предназначалось. — Он выжидающе прищурился, разглядывая Артура, точно питон кролика. — Вдруг там что-то важное и срочное…
— Нет. — Коротко ответил Юшков и опустил глаза.
— Вы уверены?
— Да.
Профессор бросил бумажку на стол:
— Тогда продолжим занятие.
Ольга обернулась. Артур беззвучно выругался и с видом обреченного развалился на парте.
36
Когда прозвенел звонок, профессор жестом дал понять, что больше никого не задерживает.
— Всего хорошего. — пожелал он группе.
Сел за стол и уткнулся в свои бумаги.
Студенты стали вставать со своих мест, собирать вещи и стягиваться к выходу. Одна из одногруппниц Алексеевой, блондинка по имени Анжела, поспешила к Озерову с вопросом о своей самостоятельной работе. Ольга тоже встала и начала собираться.
