Лучше бы он заткнулся! Профессор чуть шею не свернул, глядя на них! Но Артур не замечал ничего вокруг, продолжая тарахтеть:
— Давай поговорим об этом, Оля, дай мне шанс!
— У тебя что, опять проблемы с учебой, Артур?! — Не выдержала Алексеева. — Так найди себе другую дурочку, которая расшибется в лепешку, чтобы помогать тебе!
Оттолкнула его и ушла.
Впервые в жизни девушка прогуляла оставшиеся пары. Сначала бесцельно бродила по городу, пытаясь разобраться в себе. Затем вернулась домой, приготовила скромный ужин и позвала к себе Лильку.
Решила поговорить с ней о том, о чем нечаянно сдуру выболтала вчера. Хотела убедиться, что соседка никому ничего не расскажет, и убедить ее в том, что это был всего лишь разовый инцидент.
Но Лилька была девчонкой душевной, и если уж открывалась кому-то, то и болела за этого человека тоже всей душой:
— Правильно всё Озеров делает. За тобой, смотри, Юшков как наблюдает — как сыч! Вот если он или подружка его новая про вас с профессором что-нибудь вызнают, то огребете проблем по полной.
Так что пусть и дальше себя строго держит при всех.
— Да нет у нас с ним ничего! — Пробовала отнекиваться Оля.
— Ага. А я дура слепая. — Зуфарова мечтательно закатила глаза. — Если бы на меня такой секси-красавчик запал, то я бы сразу ему сдала: и флаг, и крепость, и свое целомудрие! Да не боись ты, Ольк, я ж могила. Никому! Честное дружественно-соседское! Клянусь!
Алексеева улыбалась, принимая заботу новой подруги, но душу теперь грызли червячки сомнения: а ведь она права, никто не должен ничего узнать о том, что произошло между ней и профессором.
На следующий день девушка всячески старалась избегать встреч с Озеровым. Его лекций в ее расписании не было, но Ольга все равно старательно обходила все места, где они могли случайно столкнуться: второй этаж, столовую, деканат, фойе. Ходила по коридорам с опущенной головой и замирала всякий раз, заметив кого-то высокого и статного в толпе — а вдруг он?
Не думать о профессоре у нее не получалось. Он следовал за ней неотступно.
Брала в руки методичку — вспоминала его, шла на нудный семинар по бухучету — мысли возвращались к тому, как Матвей Павлович прогуливался по коридору с этой вульгарной преподавательницей, начинался дождь — перед глазами вставала сцена с поцелуем у подъезда. Озеров был, кажется, везде. Даже под кожу ей пролез.
Во что бы то ни стало потерять девственность — было, конечно, импульсивным решением. Ольга поняла это уже давно. Но не передумала.
