— Клоун… — Покачал головой Озеров и уткнулся носом в вырез на халате девушки. — Еще со школы не может смириться с тем, что увлечения у нас были одинаковые, а успехи в учебе разные. До сих пор стебётся надо мной и обзывает занудой из-за того, что я преподаю в вузе.
— Он довольно… милый. — Сказала Оля, запуская пальцы в волосы профессора. — Заботится о тебе.
— Разгильдяй. — Проворчал Матвей.
— Разумеется, я не стану спрашивать, что он имел в виду, когда сказал о твоей…
— Ирина — мать моей дочери. Она умерла четыре года назад.
Ольга застыла от неожиданности."
"— Вообще-то, я хотела спросить о другом, но… — она прочистила горло. — Прости.
— Ничего страшного. Я это уже… пережил. — Тихо сказал Матвей и посмотрел ей в глаза.
Сколько же боли и потаенной печали таилось в его взгляде. Девушка не знала, что сказать и как утешить мужчину. Наверное, нужны были какие-то слова поддержки, но на ум ничего не приходило. Почему-то она подумала в этот момент о его дочери. Ольга знала, что чувствуют те, кто теряет родителей, и могла представить, как больно было сейчас его Вере.
— Мы с ней… — Заговорил Озеров, нахмурившись. Эти слова будто выходили из него через тяжкие муки. — Мы… в общем, мы не были женаты. Мы дружили. С детства. — Он облизнул губы. — Она была бойкой, веселой, с ней никогда не было скучно. Ира старалась пробиться в жизни, много работала, училась. А мне все доставалось легко. Я только катался на байке, тусовался, трахал девчонок — каждый день разных.
А она всё смеялась надо мной. Говорила, что помрет со смеху, если однажды найдется та, которая заставит меня остановиться.
Именно Ирина и уговорила меня пойти в аспирантуру. Мне тогда было плевать, чем заниматься. Я не видел своего места в жизни. Потом по ее же совету принял приглашение преподавать в университете. Мне было без разницы: ночью я кутил, утром читал лекции, после обеда заваливался спать, и никто ничего не замечал. А потом мы переспали. Всего раз. По пьяни на одной из вечеринок.
Так, перепихнулись по-дружески и забыли.
Но Ира забеременела, и всё изменилось. Она решила оставить ребенка и спросила, хочу ли я принимать участие в его воспитании. Я не знал. Не отказывался, но и не проявлял особого энтузиазма. Но когда впервые взял на руки дочь… во мне что-то перещелкнуло. Я дал себе слово, что буду с этой женщиной и никогда ее не разочарую. Сначала как друг, но позже понял — у нас семья. И мы стали жить вместе.
