Одарена и особо опасна (СИ)

Пожалуй, стоит учесть этот момент и в следующий раз выбрать алое или зеленое.

К моему облегчению, настоящая Тиара не успела завести знакомств за время экзаменов. Мной совершенно не интересовались — если не считать томных взглядов Блуфроса и то и дело замиравшего на мне строгого взора ректора, от которого хотелось спрятаться, как от поискового заклинания.

Абсолютно идентичные ощущения.

Неожиданная мысль пронзила сознание раскаленной иглой тревоги.

А не был ли ректор ловцом до того, как принял пост?

Бушующий внутри ураган сомнений на лице никак не отразился.

Я механически положила на тарелку по ложке всего, до чего дотянулась, и принялась ковыряться в ассорти. Остальные девушки были заняты тем же самым.

Так дело не пойдет. Мне силы нужны! Надо разведать обстановку, найти центр управления полетом острова — наверняка где-то есть особый кабинет для контроля за артефактами.

Как бы не на том этаже, где мы бродили!

Действительно, логично было бы назначить именно ректора ответственным за безопасность академии.

Вряд ли он спит на рабочем месте, это я ляпнула не подумав. А вот отслеживать исправность и стабильность левитационных приборов следует регулярно.

Пожалуй, придется еще несколько раз «заплутать». Сам мистер Айзенхарт признал, что для студенток не редкость топографический кретинизм, особенно в первый год обучения.

У меня внезапно разовьется особо тяжелый случай.

Очнувшись от ступора, я осторожно попробовала местную кухню.

Ничего, жить можно. Едали и хуже. А вот это зеленоватое пюре с травами и вовсе восторг, несмотря на невзрачный вид!

Жаль, мяса на столе почти не было. Только несколько сиротливых крылышек неизвестной мелкой птицы, что тоже быстро перекочевали мне в тарелку и превратились в хорошо обглоданные тоненькие косточки.

Я плотоядно обозрела прожаренное, с румяной корочкой мясцо в соседнем ряду. Судя по тому, что именно там обретался Блуфрос, усиленное белковое питание полагалось боевикам.

Парень поймал мой голодный взгляд и, видимо, принял на свой счет, потому что оживился и аж порозовел от радости.

Зря.

Звон ложечки о край стакана отвлек студентов от еды. За прошедшие полчаса все успели относительно насытиться и прийти в благодушное настроение, так что поднявшегося на возвышение ректора встретили нестройными аплодисментами.

После хлеба можно и зрелищ. То есть торжественную речь.

Надо отдать должное Айзенхарту.