Я всего-навсего пополнил его коллекцию качественного винила двумя раритетными пластинками, и электрик, и так преданный клану душой и телом, был мой. Да, и кстати, Горыныч мог доставлять и контрабанду, если вдруг малолетнему наследнику требовалось то, что он не хотел или стеснялся приобретать по официальным каналам, этим я тоже иногда пользовался. Вот и воспользуемся завтра, не хочу я вывозить свое добро на машине охраны.
Ну что, пора и спать… Я опять лег в постель, закрыл глаза и стал считать про себя. Нет, не овец, а просто числа.
Мозг постепенно успокаивается, настраивается на монотонный ритм, и затем отключается, позволяя уйти в небытие на некоторое время…
С Васькой мы встретились с самого утра, как всегда перед входом в Школу.
— Есть разговор, — заговорщицки сказал он мне, понизив голос.
— Ну, пойдем отойдем, — кивнул я в сторону одного из деревьев, росших перед входом.
— Это по поводу вчерашнего, — поскреб щеку он."
"— Что такое?
— Я тут навел справки и выяснил, что вчерашнее нападение не совсем случайно.
— То есть целенаправленно? На нас?
— Да нет, не на нас. Дело в том, что эта байкерская шайка появилась в «Утке» три дня назад, и принялась кошмарить заведение.
— Ну а мы-то тут при чем? Клан, владеющий тошниловкой пусть и разбирается. Или мусора, — пожал плечами я.
— Мне звонил приказчик «Утки», мы там с тобой хорошо примелькались.
— Чей клан владеет им?
— Да купца Полетаева.
— Подожди, дай вспомнить, — я наморщил лоб. — У него еще с дюжину рыгаловок поменьше, типа «У дяди Васи» и в том же духе.
Мелкий клан, хлипкий. Бойцов, считай, почти нет. Ну а сам Полетаев что не позвонил? Или очко на минус?
— Точно. Ты угадал. Это фраера залетные, банда откуда-то из Колпино.
— Мы вчера вроде как четверых успокоили…
— Не мы, и те четверо — не вся банда. Если смотреть по камерам видеонаблюдения, то там всего рыл пятнадцать.
— Ну подумаешь, — хмыкнул я. — Всего-то.
— Всего — не всего, а они конкретно насели на купчишку. Пообещали ему красного петуха пустить.
— А что мусорам их не сдаст? Или у околоточного у самого жим-жим?
— И жим-жим как у купца, и нет основания для кардинального решения вопроса.
— Вась, ну а мы тут причем? Добрым самаритянином я себя не считаю, только злым. Нашего коммерческого и прочего интереса там нет.
— Может и так, — скорчил гримасу он.
— То, что тебя попросил приказчик — это еще ничего не значит. Он вообще никто, наемное лицо.
— А самому вступиться лень?
— Ага. Лень.
