Одержимость Малиновского

Вот зачем мне это знать? Расстроюсь же.

— Давай поступим так: я сейчас скажу, и мы больше эту тему не поднимаем. Тем более у нас с тобой больше чем секс, не стоит сравнивать с грязными телодвижениями.

— Договорились.

— Ты была свидетелем последнего раза, тогда я и понял, что тебя другой не вытравить.

— Вань, вот зачем ты меня обманываешь?

— Мне нет смысла врать. Потом у меня появились дела поважнее, не до секса было, да и не хотелось с кем попало — словно бабка отшептала. А если уж сильно припекало, приходилось передёргивать затвор, представляя тебя.

— Почему же ты раньше не пришёл?

— Я не мог, котёнок. Когда ты будешь готова, я всё расскажу. Просто поверь: я всё делал от меня зависящее, чтобы мы были вместе. Вопрос улажен?

Я кивнула, глотая предательский ком в горле. Вот сейчас я верила ему, а внутренний голос подсказывал, что у Ивана были серьёзные проблемы, раз даже говорит пока о них боится. Господи, да что же с ним произошло? Клянусь, я всё сделаю, чтобы он наконец стал счастливым.

— Я люблю тебя… — произнесла искренне.

— И я люблю тебя, моя путеводная звезда… — нежно коснулся моих губ, продолжая удерживать руки.

Господи, я столько лет мечтала, столько раз представляла, каково это — ощущать Ивана в себе… И вот настал этот сладостный ми! Это невероятно, больше, чем хорошо… Я счастлива!

— Даже не верится, что это не сон… — голос сбился, Иван прикоснулся тёплыми губами к основанию шеи и, отстранившись, посмотрел горящим взглядом в мои глаза.

— Как ты думаешь, реальность превзойдёт наши мечты? — от звука его голоса с интимными нотками горячая волна прокатилась по телу, заставив стенки влагалища сжаться. — О… что-то мне подсказывает, что так оно и будет. — Он медленно отстранился, а я прикрыла глаза, пытаясь, насладиться каждым мгновеньем близости с ним. Даже небольшой дискомфорт мне нипочём, наоборот, он позволяет в полной мере ощутить, что всё происходящее — не сон.

— Уже командуешь? — выполняю его приказ, подкалывая.

— Мы мужики такие… тираны… — пристально смотря мне в глаза, отвечает, погружаясь в меня, — особенно твой, — замер, — смирись, девочка… — делает резкий рывок и входит на всю длину.

Из моего горла вырвался вскрик, и я прогнулась в спине, принимая его в себя. Да, было немного больно из-за большого его парня и потому что это моя первая близость.