Одержимость: Покоряясь тебе

А когда почувствовала, в панике распахнула глаза, встречаясь с ледяным, устрашающим взглядом Адама.

Я закричала, но его ладонь тут же зажала мне рот.

– Заткнись!

Сорвав с меня наушники, Адам подтянул меня, ставя на ноги, и швырнул на мою постель. Я тут же подобралась и, забившись в угол кровати, дикими от ужаса глазами смотрела на него.

Прикрыв глаза, он сделал глубокий вдох через нос, видимо пытаясь, успокоится. С бешено колотящимся сердцем я ждала расплаты, которая непременно последует."

"– Узнала, что хотела, Грейс? – Обманчиво тихим голосом спросил Адам, и я бросила испуганный взгляд на его кулаки, которые сжимались и разжимались.

– Пожалуйста, – умоляюще пробормотала я, не зная, о чем молю. Я не хотела, чтобы он делал мне больно. Не хотела, чтобы он показал мне всю свою ярость, на которую способен.

– Пожалуйста? – Он зло усмехнулся и сделал шаг к кровати.

Я всхлипнула, подтянув колени к груди.

– Ты маленькая, любопытная сучка, которая делает все, чтобы вывести меня из себя. – Его колени стали на постель, и схватив меня за лодыжки, он резко подтянул меня к себе.

 – Ты должна знать, что зля меня, ты должна будешь за это ответить. И ты ответишь, Грейс. Обещаю тебе.

Его губы искривились в безжалостной улыбке.

Адам занес руку над моей головой и в попытке защитится, я зажмурилась и отвернулась, моля Бога, чтобы он не убил меня.

Адам. Часть 2– Простите.

Девушка виновато улыбается ему, прежде чем подруга утягивает ее в толпу двигающихся под оглушающую музыку людей.

Он оборачивается ей вслед, внимательно наблюдая, чтобы не упустить.

Все его внутренние сигналы настроены на ее поиск. За последние месяцы он научился находить ее даже среди сотен людей.

Именно с той ночи, когда увидел ее в закусочной, его жизнь изменилась. Он решил разыскать ее, и у него появилась цель. Сначала было простое любопытство: насколько она похожа на мать кроме поразительной внешней схожести. Переняла ли способность без угрызений совести рушить чужие семьи, жизни? Но чем больше он погружался, тем глубже его затягивало.

Она стала его необходимостью, потребностью, в которой он нуждался, как в воздухе или воде.

Впервые за долгие годы он вновь мог спать, благодаря ей. Однажды уснул, лежа в постели, рассматривая фотографии, на которых была она, не подозревающая, что за ней следят. В ту ночь она снилась ему, улыбалась ему, манила его. Она, не ее мертвая мать, которая десять лет с укором приходила в его сновидениях, стоило ему ненадолго отключиться.