Одержимость: Покоряясь тебе

 – Я с горькой усмешкой посмотрела на молчавшего Адама. – Его чувства ко мне понятны, и они настоящие. А я воспользовалась этим и да, из-за этого я раскаиваюсь.

Но не жди, что я стану раскаивается перед тобой. – Я покачала головой. – Этого не будет.

Ну вот, мое стремление быть кроткой и покорной разлетелось в пух и прах. Я все же не выдержала и поддалась своему темпераменту.

Ну и пусть. Зато высказавшись, я почувствовала определенное облегчение и напряжение, в котором пребывала последние пару дней, немного отпустило меня.

Наконец Адам поднялся и не спеша подошел ко мне. Мои инстинкты кричали мне отстраниться от него, но я и не подумала двинуться с места, когда он протянул свою руку и положил мне ее на горло.

– Почему ты не…"

"Он замолчал, в неприкрытой растерянности смотря в мои глаза. Я не знала, что он хотел сказать, но очевидно, что он передумал и не стал продолжать фразу.

– Ты знаешь, что твоя жизнь в моих руках, – прищурившись, медленно произнес он. – Думаешь, я остановлюсь, если захочу убить тебя?

Его глаза были холодны, но в них не было злости.

И тогда я сделала то, на что немногим ранее не решилась бы.

Что ж, мое положение делало меня отчаянной.

Я подступила к нему еще ближе и убрала волосы с плеч, открывая шею. Ему бы не составило труда задушить меня.

Наши взгляды скрестились, как при поединке.

– Ты можешь убить меня, – ничуть не дрогнувшим голосом произнесла я. – Но ты не захочешь. – Медленно покачала головой и тише повторила: – Ты не захочешь.

Нахмурившись, Адам молчал. Казалось, что впервые ему нечего сказать. Впервые я поставила его в тупик.

Чувствовала ли я радость? Нет, даже видя его растерянность, я ничего не чувствовала внутри.

– Ты перестала бояться, – после затянувшегося молчания усмехнулся он. В его глазах светилось некое восхищение. – Почему ты перестала бояться?

Он чуть отступил, окидывая меня каким-то новым взглядом.

Я молчала. Не думаю, что я перестала его бояться, но если он так решил, пусть так и будет.

Я все еще была его пленницей в этом подвале, на цепи, без каких-либо прав. Я все еще хотела выбраться отсюда. Хотела, чтобы эти дни стали далеким, страшным сном.

Но я больше никогда не хочу думать, что он сломал меня. Не хочу, чтобы верил, что ему это удалось.

Слова бабушки придали мне силы. Она верит в меня. Всегда верила. И я не могу сдаться сейчас.