Одержимость: Покоряясь тебе

Меня трясло от дикого ужаса, и я продолжала прижимать ладонь ко рту, чтобы случайно не вскрикнуть.

Так, стоять! В доме наверняка установлена совершенная система безопасности. Я в этом не сомневалась. Разве обычный бездомный смог бы забраться внутрь без того, чтобы не сработала сигнализация?

Дышать, нужно дышать и не впадать в панику. Хотя куда тут! Разве можно сохранять спокойствие, когда сидишь на цепи, и рядом нет ничего, чем можно было бы защититься, а в это время неизвестный бродит по дому и в любой момент может добраться до тебя!

Нехорошо! Очень, очень нехорошо!

Сквозь усиливающуюся тревогу и испуг, я настороженно прислушивалась к передвижениям неизвестного этажом выше.

Иногда шаги замирали, а вскоре вновь возобновлялись. Что за комната была надо мной? Что этот человек, кем бы он ни был, искал там?

Вдруг шаги начали отдаляться, но уже через минуту кто-то принялся дергать ручку подвала.

Я всхлипнула и покрепче зажала рот; биение моего сердца чувствовалось где-то в районе горла.

Очевидно, Адам запер подвальную дверь, и сейчас я испытывала огромную благодарность к нему из-за этого.

Нет, я так же хотела убить его из-за того, что вообще оказалась в такой ситуации по его вине. Желание смерти смешанное с благодарностью – странное сочетание.

Но главное сейчас было пережить этот кошмар. Я молилась о том, чтобы человек за дверью удовлетворился запертым замком и убрался от дома и от меня как можно дальше.

Мне показалось вечностью, пока ручка перестала дергаться. Прислушавшись, я ничего не услышала.

Казалось, что тот, кто ходил наверху, ушел, потому что звуков шагов больше не было.

Тем ни менее, я еще долго не могла успокоиться. Забившись в угол кровати, прижала колени к груди, с широко распахнутыми глазами таращась в сторону лестницы и напрягая слух до предела. В итоге у меня разболелась голова, и меня тошнило от недосыпа. Когда за окнами стал заниматься рассвет, я сдалась усталости и незаметно для себя отключилась, впав в поверхностный, тревожный сон.

* * *Адам появился около полудня: молчаливый и мрачнее тучи.

Я тут же сообщила ему о ночном визитере, на что получила короткое: «Я знаю. Не волнуйся об этом больше».

Правда? Он хочет, чтобы я не волновалась, когда я заперта в этом подвале, а по дому шастают неизвестные, и вполне возможно опасные личности?

Легко сказать.

Но мысли о ночном инциденте как-то отодвинулись на задний план, когда Адам ничего не объясняя, снял с меня наручник.

Вот так вот я вновь была свободна. Ну, почти.