Одержимость: Покоряясь тебе

Мои руки обхватили его шею и моя голова лежала на его груди, потому что в этот момент он был единственным из живущих, кого я хотела видеть.

Он был моим спасательным кругом. После всего, через что он провел нас, именно он не давал мне утонуть.

Глава 32

Я открыла глаза и несколько секунд вспоминала, как оказалась в постели Адама.

Слишком скоро образы больницы, палаты, пустой койки услужливо всплывали в голове. Это не был сон, и бабушка на самом деле умерла.

Жестокая реальность в том, что я потеряла ее.

Мое сердце болезненно сжалось и на секунду дыхание перехватило.

Я моргнула, отодвигая безудержное желание вновь расплакаться в дальний уголок сознания.

Адам был в комнате, и я не хотела в очередной раз выплескивать свое горе перед ним.

Он стоял лицом к окну, спрятав руки в карманы брюк. Рукава его белой рубашки были закатаны до локтей, а обычно тщательно уложенные волосы казались спутанными. Я предположила, что он вовсе не ложился этой ночью.

Неужели всю ночь провел здесь, пока я спала?

Как то мало вяжется с тем образом Адама, который я запомнила.

Я пошевелилась и чуть приподнялась на постели, привлекая внимание Адама. Он обернулся, и с секунду посмотрев на меня, словно оценивая мое состояние, не спеша подошел к кровати. Приглушенный свет ночника оставлял его лицо в полутени, но мне показалось, что его черты заострились от усталости.

Похоже, и правда, не спал всю ночь.

– Как ты себя чувствуешь?

Мне не привычно было слышать мягкие, теплые нотки в его голосе. Его глаза с тревогой осматривали мое лицо, будто он выискивал признаки готовой разразиться истерики.

Несколькими часами ранее я и правда потеряла контроль над эмоциями и, не стесняясь, выплеснула все горе, которое сдавливало меня изнутри. Адам был очень терпелив, и он позволил мне проплакать на его груди до тех пор, пока я не обессилила и в итоге просто отключилась.

– Нормально.

Мой голос звучал не уверенно, будто я не отвечала, а спрашивала. Я подтянула колени к груди и обхватила их руками. Наши глаза всматривались друг в друга, и никто не решался отвести взгляд.

– Еще слишком рано, ты можешь еще поспать, – чуть севшим голосом, наконец, произнес Адам, когда молчание стало слишком долгим.

Я покачала головой.

– Не смогу больше. Наверное, мне нужно вернуться в больницу. – Я потерла припухшие от слез глаза. – Не знаю, уладить все вопросы с документами и начать заниматься похоронами.

Меня бросало в дрожь от одной мысли, что придется заниматься этими вопросами.