По залу проносится шепоток. Все нервничают. Каждый хочет урвать лот.
- Неужели она и правда столько стоит? - Поверить сложно, что за неё готовы отвалить такие деньги.
- Статуэтку никто не разбивал, многие верят, что в ней скрывается много тайн.
Я тут же на мужчину смотрю. В полнейшем шоке. Как такое возможно? Разве статую не проверили? Её бы не продавали с содержимым или продавали бы?
Ставки поднимаются все выше и выше. Я начинаю верить в то, что в статуе действительно что-то скрывается. Что-то очень важное.
— Это же чьи-то тайны, — шепчу в ответ, — разве такое может быть? А конфиденциальность какая-то? Может, человека, который купит эту статую, после убьют?
- Может, но желание обладать чужими секретами очень сильное.
- А сам владелец? Что случилось с ним? - Тихонько спрашиваю. Мне и правда страшно становится. У людей глаза горят.
- Нашли на яхте, всё обставлено как самоубийство. Сошёл с ума. Сам себя лишил жизни.
По позвоночнику страх поднимается, липкими щупальцами перебирает. Обволакивает.
- Господи, и людей совершенно это не пугает?"
"- Я тебе больше скажу, Белоснежка, — Демьян меня сильнее к себе притягивает, чтобы на ухо произнести, — мы здесь для того, чтобы этот лот выкупить.
Ступор — вот что со мной происходит в следующую секунду. Я как будто замираю. Не могу пошевелиться от шока услышанного. А Суровый уже свою табличку вверх поднимает. Просто какие-то сумасшедшие деньги за всё это предлагает.
- Зачем? Боже... - Я дрожать начинаю, но Демьян меня не отпускает. Как будто собой согреть пытается.
- Мы привлекаем внимание, забыла? А ещё нам нужно выиграть время, чтобы мои секреты никто на продажу не выставил.
- Какие секреты? - Охаю. Что вообще происходит? Я в каком-то фильме оказалась?
- Здесь есть кое-что, что может очень сильно мне жизнь подгадить. И нужно это как-то реабилитировать.
- Тогда что-то сделать нужно?
- Мы и делаем, свою часть уговора.
Демьян снова табличку поднимает. Я чувствую, что за нами сейчас ещё больше людей наблюдать начинают. Мы точно привлекаем внимание.
Без всяких сомнений.
У меня внутри всё подрагивать начинает. Я чувствую напряжённую обстановку в зале.
Людей, которые борются за лот, становится меньше, потому что сумма подлетает до заоблачной. Остаётся только один мужчина. Я вижу, что с каждой новой ставкой он становится всё раздражительнее.
Демьян как будто в азарт входит. И когда ведущий сообщает, что ставка Демьяна последняя, я напрягаюсь, как будто чувствую что-то. Ведущий до трёх считает.
