Одержимые наследники. Дамасский жасмин. Книга третья

– Я не буду сейчас ничего говорить тебе… Это делу не поможет,–  ответила тихо… –  И да, я как и Васель, не хотела бы видеть тебя в его жизни… У тебя своя правда, у него своя… Но… Сейчас не время это выяснять… Васель,–  обратилась к мужу,–  у Мики все- таки подтвердилась амнезия… Он пришел в себя на пару минут. Ничего не помнит… Ни кто он, ни как его зовут, ни в каком он городе… Мне кажется, присутствие Оксаны может помочь… Быстрее восстановиться…. Разреши ей побыть немного рядом с ним… Посмотрим…

Мужчина снова сжал челюсть, подавляя недовольство, но возражать больше не стал… Любая возможность хоть как-  то помочь сыну сейчас годилась.

Влада умница, он о таком аспекте, как это часто бывает у мужчин, не подумал… Отпустил ситуацию… Перед ним сейчас стояли гораздо более серьезные задачи… Увейдат старший немедленно отправился в Дамаск, с минуты на минуту ожидая звонка, который, конечно же, не заставил себя ждать…

– Ас- саламу алейкум (араб. мир тебе), Васель. Слышал новость про твоего сына.

Альхамдулилиллах (араб.–  слава Аллаху), его жизни не угрожает опасность.

– Ва алейкум ас- салям (араб.– и тебе мир), Шериф, твоими молитвами. Спасибо, что интересуешься… Наши дети вырастают, становятся взрослыми, со своими жизнями, а мы все равно продолжаем волноваться и переживать за них, словно им до сих пор по пять лет…

– Это точно… За каждого болит сердце, всегда и везде, что бы ни происходило… Не могу не спросить… Сам понимаешь, о чем… Не вижу смысла сейчас вступать в велеречивые кривотолки.

Ситуация не та, да и мы с тобой не в том положении…

Васель прекрасно знал, к чему идет этот разговор. Готовился к нему… Но избежать его, как и действий, ставших его причиной, не мог…

– Али задержали на границе в аэропорту Бейрута перед вылетом. В буквальном смысле попросили выйти из уже заведенного самолета. Не простого самолета, самолета королевской авиакомпании Эмиратов. Все знают, это борт Макдиси. Весь гребанный аэропорт потешался над нашей семьей в этот момент… И над моим сыном, Васель… Я точно знаю, что делали это не ливанские спецслужбы или пограничники.

Твои люди… То есть люди отца моей невестки допрашивали моего родного сына, словно он преступник или простой мигрант… Разве так у вас в Сирии проявляют гостеприимство и родственные узы?– голос Шерифа был твердым, как камень.

– Тебе, как никому другому, понимать, друг мой, что я не мог поступить иначе.