Одержимые наследники. Дамасский жасмин. Книга третья

Что есть еще один мальчик, старше… И что о судьбе его матери известно крайне мало, но история там довольно мутная… Не знаю почему, но мне тогда впервые стало страшно рядом с ним… Что я знала о мужчине, который ворвался вихрем в мою приземленную жизнь? Он был представителем другого мира, о котором ранее я лишь могла читать экзотические романы… Весь мой мир, по сути, был всего лишь скетчем, наброском, нарисованным им самим… А он рисовал лишь то, что хотел… Посвящал лишь в то, что считал нужным… Именно тогда в первый раз я отчетливо осознала свою ничтожность на фоне его возможностей и силы, характера, всепоглощающей властности, которая одновременно была и его изюминкой, и его бичом… А потом… Потом я узнала, то, что рано или поздно узнают все девушки, павшие жертвами чувств к влиятельным арабским мужчинам и искренне верящим, что они единственные и неповторимые, что рядом нет и не может быть другой… Одна из девушек его близкого друга, с которой мы общались, случайно обмолвилась о закрытой вечеринке с кучей моделей и наркоты, которую они посетили аккурат тогда, когда я носила малыша и пребывала в святом неведении… Я смотрела голливудские мелодрамы и упивалась мнимой идиллией, когда он, якобы, улетел на выходные к отцу… – снова пауза, снова взгляд в бесконечность своей душевной боли,–  А он в те выходные на самом деле… Да что там выходные, все эти месяцы Шериф мне изменял… Просто потому, что не желал отказывать себе ни в чем… То, что я приняла за внимательность и понятливость во время своей беременности, на самом деле было просто незначительным вычетом из его образа жизни… За шесть месяцев, которые я вынашивала Фахда, а ему было запрещено ко мне прикасаться, у него сменилась куча одноразовых девиц и появились несколько содержанок, которые задержались в его жизни чуть дольше… Самое смешное, что я в итоге узнала обо всем… Глаза мне открыли все те же добрые «друзья», с которыми мы общались… Кто в открытую, кто случайно проболтавшись…

Я не стала терпеть.