Одержимые наследники. Дамасский жасмин. Книга третья

Вижу Ваш недоверчивый, растерянный взгляд… Знаю, что Вы ожидали несколько другого, когда шли к Амаль за помощью, но нужно реально отдавать себе отчет в оценках происходящего… Ваше предложение, с вовлечением в игру моего отца, изначально было мертворожденным. Оно означало бы одно-  войну… Конечно, не в буквальном смысле, в образном, но от этого не менее деструктивном… При всем уважении, Юлианна, едва ли Васель согласился бы вступать в конфронтацию с Макдиси из- за Вас, с учетом всей политической подоплеки и фактора Амаль с Фахдом.

– Хорошо, зачем тогда Вы ввязались в это дело? И вообще…–  она сделала паузу, подбирая слова, но ей не нужно было завершать свою мысль, Карим и так понял, что она хотела сказать. Усмехнулся, опять как- то снисходительно.

– Честно хотите? Лично Вам у меня не было совершенно никакой причины помогать, не ищите в этом персонифицированные моменты… Просто мне,–  он все- таки снова сел в кресло, вальяжно развалившись напротив,–  забавно…

Юлианна снова закурила.

– То есть Вы находите мою ситуацию забавной? –  В ее глазах снова проявилась недоверчивость и даже враждебность.

– Поймите, опять же, ничего личного… Просто я, в целом, нахожу подобного рода житейские дрязги забавными… Все эти страсти, интриги, любовь и ненависть… Знаете, это как смотреть на деятельность муравьев с человеческого роста… Куда- то бегут, что- то строят, важные, деловые, а на поверку, в масштабах Вселенной, их деятельность ничтожна…

– И тем не менее, не было бы муравьев, не было бы Вселенной… Они ее часть… Иногда важное складывается из комплекса тысячи мелочей.

Он улыбнулся. На этот раз иначе, не так, как улыбался до этого, подавляя иронию, а искренне, с интересом.

– Я заранее попрошу за себя прощения, Юлианна… Я уже, наверное, наговорил много глупостей и еще наговорю… Я бываю груб, неспециально… Просто я такой… Немного иначе оцениваю действительность, чем большинство окружающих… Людей может выбивать из колеи моя прямота и даже иногда бестактность… Я и дома- то поэтому с годами выработал восхитительное качество-  абстрагироваться и молчать, никогда не участвовать в этих бессмысленных спорах, раздраях и обсуждениях…

Юлианна тяжело вздохнула.