Одержимые. После

Она явно ошарашена его прытью. Его напором и…скоростью происходящего.

– Какие мальчики? Какой переезд, Орхан?! Это совершенно исключено. Что я им скажу?

–Не надо ничего говорить. Я уже все сказал. Я вообще- то их дядя… к тому же, прости,– кашлянул он,– как ты себе представляла наш совместный уик- энд? То есть я кем должен был сейчас выступать, когда их к тебе привезли? Твоей комнатной куклой?

Протянул руку к ее лицу, провел собственнически, но нежно костяшками пальцев.

–Ты такая наивная, Маду… как маленькая девочка… Это заводит.

И… бесит сильно. О таких вещах стоит хотя бы задумываться заранее… У тебя же все мысли всегда где-то о высоком, в большой политике, на работе. А в жизни ты как была сумасбродной шестнадцатилетней девчонкой-бунтаркой, такой и осталась.

–Я вообще- то рассчитывала, что ты по- тихому ретируешься отсюда, как только они приедут… А ты…

–А я не фокусник, чтобы появляться и исчезать по твоему щелчку. Повторяю, Маду, я сразу обозначал, как будет, когда мы начинали отношения.

Она отпила щедрый глоток обжегшего десну чая.

–И что Анвар? Прям спокойно всё принял? После того, что было? После теракта против Мики? После той нашей поездки в Хомр…

Он снова смотрит на нее- серьезно и пронзительно.

–Твой отец, Маду, едва не был застрелен твоей матерью. Его любимая женщина, которая попала к Кариму Дибу только потому, что ее изначально хотел под него подсунуть твой отец, тоже в него стреляла. Ты была влюблена в Анвара и переспала с ним, хотя знала, что в него влюблена твоя сестра… А сам Анвар, высокоморальный красавец, рожденный в результате адюльтера глубоко привязанного и любящего свою жену Владу Карима, преспокойно переспал с обеими сестрами и даже нисколько не терзался моральными угрызениями совести.

Что еще можно вспомнить? Ах, да, пожалуй, связь одного твоего родного брата с женой свекра твоей сестры… Или, например, любовные похождения второго брата, который творил непотребства со своей женой-танцовщицей перед тем, как наречь ее своей суженной… Нечего сказать, высокоморальная семья…

–Ты прав, Орхан.

Думаю о них-и тошно…

–Не стоит так, Мадлен. С годами я стал терпимее… Именно поэтому я честно отсидел свой срок, вынес свое наказание- и по-мужски извинился перед всеми косвенно и напрямую пострадавшими из-за моей гордыни и обид людьми. Тебе нужно тоже научиться переступать через свои обиды, прощать. Они разрушают прежде всего тебя, Маду. Ты у себя одна. И другой тебя у тебя не будет.

Накрыла его руку своей.

–Ты успокаиваешь меня, Орхан.