Один на миллион

Охватившие город плотным кольцом войска Российской империи не спешили. Все время подтягивались новые части и перегруппировывались подразделения. Над Стар-Сити то и дело вспыхивали ожесточенные схватки беспилотников, но через несколько дней и эта забава закончилась ввиду полного истощения ресурсов защитников. Колонна тяжелых танков из центральных районов смогла пройти лишь сто километров, как ее накрыло ударами орбитальных бомбардировщиков. Крушение последней надежды президент Ковачек наблюдал на огромном экране, сидя в своем личном бункере.

Военные фактически устранили его от руководства, оставив лишь номинальные функции. Он все еще пытался связаться с Российским императором, но канал прямой связи был мертв.

Президент отошел от экрана и расслабленно повалился на огромный кожаный диван.

– Рони!

– Да, господин президент? – Личный помощник, лощеный молодой человек в классическом костюме, почтительно поклонился.

– У нас еще есть пойло?

– Э… да, господин президент.

Но.

– Что «но»? – Ковачек чуть приподнял голову, чтобы видеть помощника. – Мы можем что-то сделать? Нет? Ну так давайте хоть напьемся под конец. Трахните в конце концов Эльзу, она давно на вас посматривает. Что? Считаете мое поведение недостойным?

– Нет, господин президент. Просто хотел сказать, что наши охранники и морпехи уже три часа как занимаются этим. Натащили девок из города, дури – и уже никто на ногах не стоит. Они, кстати, и нас приглашали.

– Это правильная мысль.

 – Ковачек вскочил. – Надо было мне раньше сказать.

– Надо было нам раньше начать… – осторожно поправил шефа Рони.

– Надо было нам вообще в эту историю с русскими не влезать!

В то время как в президентском бункере уже все для себя решили, в Центре кризисного управления, находящемся на глубине четыреста метров, состояние было близко к понятию «тихая паника». После потери космического и воздушного пространства разгром военной группировки был только делом времени.

Генерал-адмирал Джон Валентайн-десятый занимался лишь вопросами военного планирования.

Мощные суперкомпьютеры, тихие кабинеты и математические модели были его полем боя. Но то, что творили эти проклятые русские, не вписывалось ни в какие рамки. Самоубийственный таран русского крейсера, пробивший брешь в обороне Новой Европы, со всей очевидностью показал, что армии Демсоюза противостоит дикая первобытная сила. И теперь эта сила уже на пороге их дома.