Один на миллион

– Это мой боевой товарищ, пилот и по совместительству жрица Великого леса, подполковник Рона им Кассадо.

Я слышу скрип тетивы.Неслышная легкая смерть,Пронзив покрывало листвы,Откроет нам вечности дверь…– нараспев продекламировал кореец и, не опуская взгляд, слегка поклонился.

Чуть порозовевшая Рона задумалась на несколько секунд и так же нараспев ответила:

Не стоит бояться друзьям,Лес знает, кто враг, а кто нет.Достойным и честным мужьямДарован бессмертия свет.– Папа Витя, сдается мне, что тут мы лишние, – задумчиво произнес Алексей.

– Это точно. Пойдем! – Полковник кивнул и, хлопнув Белого по плечу, пошел вперед, словно ледокол.

Чистили Новую Европу быстро, но тщательно. Армия Демсоюза еще огрызалась, но все больше и больше приходило понимание бессмысленности данного процесса, тем более что все военнопленные содержались в приличных условиях, предполагающих не только одежду и еду, но и квалифицированную медицинскую помощь.

Сдавались уже не отдельные военнослужащие, но целые подразделения. Следователи контрразведки работали днями и ночами, отсеивая простых вояк от тех, кто был замешан в военных преступлениях.

И тут огромную помощь в организации фильтров оказали офицеры Красной Звезды, еще помнившие методику организации подобных мероприятий со времен Второй мировой.

Но руководство Демсоюза подписало капитуляцию только тогда, когда штурмовики Российской армии начали понемногу вскрывать главный бункер управления войсками. Каждый взрыв фузионного заряда превращал в пар несколько тысяч кубометров породы, образуя все более углубляющийся котлован.

Всего, по подсчетам инженерной службы, нужно было взорвать около полутора десятков зарядов, чтобы пробиться к заглубленному на триста метров бункеру, но понадобилось только три штуки, после чего на свет вылезли те, кто придумал и начал эту войну.

На согласование пунктов мирного договора не понадобилось много времени. Полное восстановление всего разрушенного, выплата пособий родственникам погибших и сокращение военного флота до размера полицейских сил быстрого реагирования.

Последнее было особенно просто сделать, так как флота как такового, равно как верфей и заводов по производству комплектующих, уже не существовало. Несмотря на невысокие потери в живой силе, потери в технике были чудовищными. Ни один орбитальный завод не пережил штурма планеты, многие производства на поверхности, особенно военные, были раскатаны до щебня. Исправно функционировали только сельское хозяйство и городские инфраструктуры.