Один на один с Драконом (СИ)

Сначала пришло облегчение от осознания, что зверь травоядный. А после снова стало страшно. Он может раздавить и даже не заметит.

Кай прижимался так, будто старался полностью меня закрыть. Он тоже всё понял.

Сверху с новой силой посыпалась земля. Казалось, будто гигант продавливает своим весом склон. Смотреть наверх больше не было возможности. Я вцепилась в дракона и замерла от страха.

Я уже была готова прыгнуть в воду и вновь встретиться с осьминогом, как вдруг всё стихло, перестала сыпаться земля.

Здоровенная голова склонилась к воде.

Зверь совершенно не обращал на нас внимания.

Чудовище пило долго и жадно. А я, как заворожённая, наблюдала за этим действом.

— Может, у них миграция началась, сезонная? — прошептала я, пытаясь осознать, почему раньше здесь были только шакалы.

— Может, — ответил Кай. — Надо уходить.

«Надо. Да только как?»

Так мы и стояли, прижавшись к склону, пока зверь не напился.

Утолив жажду, гигант принялся топтаться на месте, и склон пополз, осыпаясь комьями земли. Уступ под ногами поехал, ступни заскользили.

Что-то грохнуло сверху по голове. Ледяная вода обступила тело. Выбило воздух из лёгких. Сильные руки подхватили, толкнули наверх. Высунув лицо из воды, я сделала вдох. Течение подхватило и понесло. Болела голова, звенело в ушах.

Опомнившись, принялась грести. «Кай! Кай! Кай!» — хотелось мне кричать, но вместо звуков из горла вырывался кашель. Дракона не было видно. Занавес дождя скрывал всё на пару метров вперёд. Вода несла меня неизвестно куда. Сознание охватила паника.

В промозглом тумане виднелись лишь очертания берега. Я изо всех сил принялась грести.

— Анна, — послышалось, словно наваждение.

Я обернулась. Дракон плыл сзади. Ливень скрывал его. Но сквозь стену дождя отчётливо выделялась его макушка. Сил сразу прибавилось, и я с двойным усердием заработала руками и ногами.

К счастью, в этом месте русло расширялось, вода была спокойнее. Спустя десяток долгих минут в ледяной воде берег приблизился. Насквозь мокрые мы выбрались на сушу.

Тело бил озноб то ли от холода, то ли от пережитого. Кай, выйдя из воды, принялся меня обнимать, а после осматривать.

— Нет. Вроде нет. Только холодно ужасно, и, кажется, шишка на голове.

Дракон снова обнял меня. А я рассмеялась. Напряжение давало о себе знать.

Он посмотрел мне в глаза и тоже улыбнулся.

Склон оврага был высоким, но достаточно пологим, чтобы взобраться по нему. Кай полез первым.

Я поняла, что совсем выбилась из сил, пока барахталась в воде.