Один на один с Драконом (СИ)

Она почему-то была уверена, что проклятый дракон точно сгинул на дикой планете. «Разве иное возможно?»

— Обещаю! — порывисто сказала Аня.

Что-то сверкнуло в её глазах, лицо переменилось.

Александра Владимировна долго молчала, глядя на то, как дочь возится с малышами, а потом произнесла:

— Ладно. Но на собеседовании я тебе не помогу. Так что возьмись за ум.

Она сказала это больше для острастки, вряд ли кто-то станет придираться к Лазаревой-младшей.

— Если полетишь, вернёшься в лучшем случае через год, дети не будут тебя помнить, — использовала последний аргумент мать.

— Я понимаю, — проговорила Аня, помолчала и добавила импульсивно: — Не могу иначе, пойми! Жить не смогу, если не попробую.

— Ладно, — обречённо выдавила Александра Владимировна.

Светлые длинные пряди упали на пол. Голова вдруг стала удивительно лёгкой. Я подняла руку, провела пальцами по короткому ёжику волос.

— Жалко, красивые волосы, — сказала женщина, только что безжалостно состригшая их.

— Не зубы, отрастут, — бросил Вадим с соседнего кресла.

— А мне не жалко, — ответила я.

Жалко было оставлять малышей, а волосы — ерунда. От мысли о том, что не увижу их долгие месяцы, щемило сердце.

«Выброси пустые мысли из головы, — велела себе. — Что я им потом скажу? Что даже не пыталась найти их отца?»

— Чего сидишь-то, иди, — проговорила женщина, обращаясь к Вадиму.

Тот был уже острижен.

Я бросила взгляд в зеркало. На секунду показалось, будто в отражении чужое лицо, взрослое и усталое. Скулы и шея, ранее скрытые светлыми локонами, теперь выглядели по-другому, непривычно.

— Да отрастут твои волосы, — со смешком заметил Вадим, глядя на меня через зеркало.

— Плевать мне на волосы. Чего пристал? — грубовато произнесла я.

— Ладно, ладно. — Он поднял руки в примирительном жесте и направился к выходу.

Я тоже задерживаться не стала.

В проходе столкнулась с командиром Иваном Викторовичем.

— Скоро будем загружаться. Старт через два часа, — бросил он мне и Вадиму.

Сердце трепыхнулось.

С мамой я попрощалась дважды, дома, а позже по телефону. Максим и Алиса, конечно, ничего не поняли, просто хлопали своими тёмными как ночь глазами, хватались маленькими ручками. Оставлять их было физически больно.