Один на один с Драконом (СИ)

Впервые в жизни им овладел страх. Он не мог распознать этого чувства, потому что не испытывал его раньше. Дракон не боялся ни боли, ни смерти. Его пугало одиночество, чувство, что он потерян, совсем один. Кай никогда не был один. С самого детства дракон был окружён соплеменниками. На Матерне все на виду, никто не может остаться один на один с собой. Кай к этому привык.

А сейчас, когда потеряна связь, и он один на чуждой планете, тревожное чувство овладело им. Кай приподнялся, сел на песке, ноги касались прохладной воды.

Перед драконом простиралась необъятная водная гладь и далёкий берег на другой стороне. Полноводная река несла свои воды медленно и тянулась до горизонта, насколько хватало глаз. Справа устье быстрого потока распадалось и большими рукавами вливалось в обширную тёмную реку.

Дракон стал думать про Анну. Теперь ему казалось, что услышанные крики — только мираж. Человеческая женщина погибла. Как могла она выжить, если он сам еле уцелел?

Кай поднялся неторопливо и побрёл по песку к деревьям, вдруг замер, насторожился.

В лесу раздавались шорохи. Кай потерял нож в воде и теперь шарил вокруг взглядом в поисках палки. Всё лучше, чем с голыми руками идти на местных тварей. Ничего подходящего не нашлось. К счастью в кустах никого не было.

Дракону сейчас хотелось только одного: заползти куда-нибудь и закрыть глаза. Тело болело, свежие раны саднили, усталость валила с ног. Кай осмотрелся, не нашёл никакого укрытия, пошёл к высоким деревьям, выбрал подходящее и начал карабкаться по сине-зелёному стволу.

Толстый ствол словно состоял из множества мелких, сплетающихся друг с другом. Грубая кора образовывала множество наростов. Взбираться по ним было удобно, и Кай быстро достиг грибовидной макушки дерева. Сверху ствол расширялся кожистыми ветками, точно гигантская шляпка причудливого гриба. Дракон попытался раздвинуть ветви и чуть не сорвался с шести ярдов вниз. Сейчас пригодился бы нож. Кай уцепился за ветви руками и всё-таки разорвал плотное сплетение. Потом подтянулся и пролез наверх. Сверху ветви окутывала пурпурная губчатая плёнка. Вот почему не получалось продраться сквозь них. Вогнутая крона дерева будто образовывала алое ложе, местами влажное и еле уловимо люминесцирующее. Кай расположился по центру, в самом крепком, на его взгляд, месте. Лёг на спину, сложил руки на груди. Он боялся лишний раз пошевелиться, плёнка хоть и казалась прочной, но не была таковой.

Сон не шёл. Снизу доносились шорохи. Стало быстро темнеть.