Один раз в миллениум

Да никто и не поверит. Что делать, даже не знаю.

— Вы вызвали водителя и помощника, как я просил?

— Конечно, вызвал. Они сидят в машине, у дома. Ждут, когда мы приедем.

— А куда вы исчезли?

— Я же не могу со следователем прокуратуры разговаривать здесь, — показал на холл отеля Халупович, — я часто бываю в таких местах. Зачем им знать о моих проблемах. Пришлось уйти в туалет. Заодно там можно и покурить. Сейчас все помешаны на антитабачной кампании и ни в одной гостинице нельзя курить в холле.

— «Богатые тоже плачут», — пошутил Дронго, — у бизнесменов свои проблемы?"

"— Да, — кивнул Халупович, чуть улыбнувшись, он оценил шутку.

 — На самом деле, мы тоже своего рода каста неприкасаемых. Все про всех знают. Всем известно, кого поддерживает та или иная преступная группировка, кто из политиков стоит за конкретной финансовой группой или наоборот, взят на ее содержание. Это журналисты иногда пишут чушь, ничего не зная о конкретных мотивах поступков многих банкиров и коммерсантов.

— У каждой группы людей есть своя профессиональная кухня, — согласился Дронго.

Они вышли на улицу. Шел дождь. Когда они сели в салон автомобиля, Халупович неожиданно наклонился к Дронго и тихо сказал:

— Может, я ошибся. Может, не нужно было их сюда приглашать? Может, действительно нельзя ворошить прошлое?

— Не знаю, — признался Дронго, — иногда, наверное, нельзя. Это не всегда связано с приятными эмоциями. Некоторые наши поступки подчас оказывают влияние на всю последующую жизнь. И на нашу, и на жизнь окружающих нас людей.

Глава пятая

Через пятнадцать минут они подъехали к дому Халуповича. Дождь усиливался, и когда они вышли из машины, к ним поспешили двое, очевидно, ждавшие в одном из припаркованных автомобилей.

— Здравствуйте, Эдуард Леонидович, — сказал один из них.

Это был мужчина немного ниже среднего роста с подвижным круглым лицом. На нем была темная кепка и длинный плащ. Второй был одет в теплую кожаную куртку. Ему было под пятьдесят. Он был высокого роста, с тронутыми сединой волосами.

Второй мужчина вежливо поздоровался, но больше ничего не сказал.

— Идемте домой, — коротко приказал Халупович, — мой знакомый хочет с вами поговорить. Только быстрее, иначе нам придется отжимать свое белье. Под таким дождем лучше не стоять.

Они поспешили к подъезду. Халупович набрал номер кода, и они вошли в дом. Поднявшись в лифте на седьмой этаж, они вышли на площадку перед квартирой Халуповича. Дронго обратил внимание, как сильно грохочет кабина лифта.